Онлайн книга «Жестокий развод»
|
Все, что остается, так это глазеть через окна по сторонам, на бескрайние просторы свалки автомобилей. До сей поры я ни разу не бывал на свалке. Жуткое место, где лежат железные трупы тысяч машин самых разных марок: проржавевшие, щерящиеся на мир битыми стеклами и вывернутым нутром. Не удивлюсь, если кое-где имеются и людские трупы… Каролина цепляется за меня, как за спасительный круг, а мне и успокоить ее нечем. Жмемся друг к другу на заднем сиденье машины, плотно сцепляем зубы и молимся. — Как сидится, родственники? Не замерзли? — слышится справа голос зятя. Идиоты… Когда роллс-ройс вытянули из фуры, мы поначалу обрадовались, увидев Даниэля. Понадеялись, он нас вытащит из передряги. А он… — Еще и издеваешься?! — рычу я на этого щегла. У самого молоко на губах не обсохло, а престарелых уважаемых людей похищает и мучает. Злыдень! Как его Дживаняны только воспитывали? Видно, ой видно, что упустили парня. Нам достался попорченный товар. — Куда ж наш водитель делся? Боград… — зачем-то спрашивает Каролина. Видно, у нее от стресса совсем отказали мозги. — Уволился он, — пожимает плечами зятек. — Предложили более высокооплачиваемую работу… Ежу понятно, перекупил он нашего водителя, подбил на предательство. — И не стыдно тебе? — громко возмущаюсь. — Похищать нас, уважаемых людей. Это, вообще-то, статья! — Мне стыдно?! — Видно, как его морду перекашивает от избытка чувств. — Ты подсунул мне в постель брюхатую девку, которая изломала мне жизнь! На голубом глазу мне доказывал, какая у тебя дочь распрекрасная, чистая, светлая… Как не дашь мне понянчить собственного сына, если в жены ее не возьму. ДНК-тест ей помог подделать! Или, скажешь, не ты постарался? Ишь ты, это мне еще стыдно должно быть после всего… — Она девственница была! — Трясу кулаками в воздухе. — Тебе невинность отдала, а ты взял, ребенка ей сделал, а теперь… — Он не мой! — цедит Даниэль, при этом смотрит на нас с такой ненавистью, что мороз по коже. Кому какая разница, его или не его? Отец не тот, кто сделал, а тот, кто воспитал. Он что, не знает эту прописную истину? Хотел ребенка — получил ребенка, а теперь еще и возмущается. — Чего это он не твой? — стою на своем. — Ты больше верь своей блондинистой болонке, что вгрызлась тебе в ногу и никак не отцепится. Мне Зара все про нее рассказала! Мелкая прилипчивая никчемная дрянь. Много она тебе детей родила? А вот моя Зара… В этот момент затек отходит от машины, демонстрирует нам какой-то здоровенный пульт с тремя кнопками и нажимает одну из них. В первые секунды ничего не происходит, а потом мы с Каролиной слышим какое-то жужжание. Противное, мерзкое… Не сразу замечаем, но все же видим, что передняя и задняя стенки бокса начинают движение. Едут на нас! — Ваан, что происходит? — визжит жена. — Ваан, сделай что-нибудь! — Заткнись! — Наконец не выдерживаю. Как, по мнению ее величества, я должен что-то сделать? Каким это образом? Телефон не работает, выбраться не можем. Мне вызволять ее из этого катафалка силой мысли? Или, может, унизиться и начать умолять этого щегла желторотого? Много чести! Все равно не послушает… Я бы на его месте не слушал. — Ты поступаешь сейчас не по-людски! — пытаюсь воззвать к его разуму. — Как бандюган себя ведешь! Без чести и совести… Как так можно с родственниками, друзьями родителей… Живых людей под пресс! |