Книга Жестокий развод, страница 34 – Диана Рымарь

— Мам, ну зачем ты на больное, просила же!

Снова запиваю огурчик ромашковым чаем.

Мама смотрит на меня с недоумением:

— Давно огурцы так трескаешь?

— При чем тут огурцы вообще? — мгновенно вспыхиваю.

— Да ни при чем, — сдает позиции она. — Но вы же спали в твою последнюю овуляцию? Вдруг ты забеременела?

— Очень смешно, мам! Иди домой, пожалуйста…

Говорю это и сама давлюсь своими словами.

Мама на меня потратила целый день.

Примчалась ни свет ни заря, контролировала установку двери, потом прибрала прихожую, еще кухню выдраила, приготовила еды, а я с ней так грубо.

— Извини, мам, — тяну, чуть не плача. — Просто сил никаких, вот вообще. Поем и спать…

— Ешь, ешь, — кивает она. — Ладно, пойду.

Она быстро собирается.

— Вот помяни мое слово, придет твой архаровец в ножки тебе кланяться, прощения просить.

С этими словами мама уходит.

А я…

А я хотела бы посмотреть Даниэлю в глаза, если бы вправду пришел просить прощения.

Даниэль

Я раскладываю вещи в спальне нашей с Зарой новой квартиры.

И вправду подвернулся хороший вариант. Просторные четырехкомнатные апартаменты с отличным расположением. Меблированные. Кате бы понравилось…

От последней мысли мне хочется удариться лбом об зеркальную дверцу шкафа.

Когда я прекращу думать такими категориями?

Так… У меня все хорошо, у меня все просто зашибись. Повторяю себе это в который раз за бесконечный день. Продолжаю разбираться с насущными вопросами.

Сегодня заехал домой за вещами, привез сюда. Много не брал, только самое необходимое, чтобы долго не возиться. Остальное перевезет соответствующая служба.

Развешиваю рубашки, пиджаки и с неудовольствием понимаю: будь здесь Катя, мне о вещах даже думать не пришлось.

— Зара! — громко зову.

Она является с милой улыбкой.

Живот гладит, смотрит на меня с нежностью.

Чувствую укол совести.

Первое — я не испытываю ни малейшей нежности в ответ. Причем как к Заре, так и к ее животу. Для меня это пока не ребенок, а что-то абстрактное. Что-то, из-за чего мне пришлось послать подальше всю свою прошлую жизнь.

Второе — это я сейчас вправду хочу заставить глубоко беременную девчонку возиться с вещами? Нагибаться, тянуться к вешалкам… Как-то неправильно, что ли. Я ведь не беременный, и пузо у меня на нос не налазит, мне проще с этим разобраться в разы.

— Зара, завтра найди домработницу, которая будет отвечать за порядок.

— Конечно, конечно, — кивает она и замирает на месте, скромно сложив руки.

Ждет дальнейших указаний? Вот это я понимаю вышколенная!

— А что ты там делала? — машу головой в сторону кухни.

— Ужин, — она улыбается.

Ого, меня решили покормить.

Есть не хочу, у меня во рту который день стоит привкус желчи. Но поужинать надо, конечно. Может, аппетит придет во время еды?

— Что в меню? — спрашиваю ее.

— Все, что ты любишь, — отвечает она и снова скромно замолкает.

Хм, мне становится интересно.

— Показывай.

Шагаю за ней на кухню, которая здесь совмещена со столовой. Получилась большая комната с круглым столом посередине.

Стол Зара уже накрыла, причем вполне сносно. Откуда-то взяла тарелки, столовые приборы. Я ничего этого не покупал, наверное сама справилась.

— Твои любимые стейки с кровью, — говорит Зара с гордостью. — На подушке из овощей, к ним томатный соус с базиликом. Попробуй, пожалуйста. Еще салат…