Онлайн книга «Жестокий развод»
|
Невольно подвисаю на этом кадре. В мозгу проходит стойкая ассоциация с картиной, которую я наблюдал этим утром. И я не про жену, нет… Точнее, не про теперешнюю. Каюсь, грешен, сегодня утром я чуть не передернул на видео собственной бывшей супруги. Потому что тоже грудь на камеру выставляла! Причем голую. Причем непонятно почему увеличившуюся. У нее месячные, что ли? Грудь выросла чуть ли не на полразмера. Или это так увеличивает камера? В общем, Катя потеряла всякий стыд. Ежедневно рассматривает себя в зеркале прихожей чуть ли не по полчаса. Голую! Треклятые нитки трусиков, что на ней надеты, я за одежду не считаю, если что. Не понимаю, Кате в прихожей медом намазано, что ли? Она будто знает, что я наблюдаю за ней, и стремится показать все добро в лучшем виде. Да почаще! Я понимаю, что у нее там единственное зеркало во весь рост. Но раньше Катерина не страдала подобными привычками, не проверяла ежедневно, поправилась ли, не измеряла живот и грудь сантиметровой лентой. А теперь измеряет. И попу тоже! И крутится возле этого зеркала, крутится… К слову, лопать стала за двоих! Да, знаю, это идиотизм, но я слежу за Катей, когда она на работе ходит на обед, благо к камерам в коридорах также имею доступ. Впрочем, тут меня винить нельзя, я же должен знать, что она ест, не голодает ли, страдая по поводу нашего развода. А она не голодает! И похоже, совсем не страдает, по крайней мере если судить по тому, какое насыщенное и разнообразное у нее меню. Между прочим, могла бы и погрустить немного, вместо того чтобы лопать круассаны пачками. Вот ничего удивительного, если поправится! А может, потому и измеряет себя постоянно, что поправляется. В любом случае, если немного наберет, только красивее станет. Я ей всегда говорил, что не мешало бы прибавить килограмма три-пять. Чтобы попка была помясистее. Но ведь она не слушала, ела как птичка, там клюнет, здесь отщипнет… Зато теперь трескает за обе щеки. Это мне назло, что ли? Еще ремонт этот, будь он неладен… Завалила всю прихожую непонятно где купленными обоями, банками с краской и прочим. Кстати сказать, ремонт — не женское дело. Да, да! Неужели Катерина не понимает, что сама она ни за что не справится. Ей что, так сложно подойти ко мне и попросить помочь? Я отказывал ей когда? Разве не понимает, что нужно прийти ко мне, озвучить свою проблему и терпеливо ждать решения. Сделай она так, мне не пришлось бы искать обходные пути. Но куда там, мы птицы гордые, все сами, к Даниэлю ни за что не постучимся… Так бы взял, перекинул ее через колено и как следует нашлепал по упругой попке. Мне очень за многое хочется надавать бывшей жене по заднице. Но больше всего за то, как настойчиво она отказывается признать, что я ей нужен. Я же нужен ей? Хоть самую малость… Хоть те же проблемы с ремонтом решить, ей-богу. Я согласен не отсвечивать. Просто быть ее ангелом-хранителем. Столько, сколько потребуется… Лишь бы знать, что с ней все нормально. Неожиданно оживает сообщением мой телефон. Пишет секретарь: «Даниэль Давидович, в приемной ваша жена, дожидается вашего возвращения». А эта что тут забыла?! Заре точно в моем офисе медом намазано. Ведь запретил же являться на работу! Птичка-мозгоклюйка. |