Онлайн книга «Жестокий развод»
|
Они дебилы, что ли? Они не понимают, сколько это стоит? Это ж вам не вшивые стразы за тыщу рублей, которые может налепить себе на зубы любой. Это бриллиант чистейшей воды. Дальше больше — подробное обсуждение моего платья и драгоценностей, все в негативном ключе. Читаю все это и покрываюсь липким потом от ужаса. Гады! Твари! Сволочи! Слепцы! Завистники! Не успеваю отдышаться, как в коридоре раздается скрип половицы. Шаги Даниэля замирают у спальни. Он тихо стучит в дверь. Мою! О-о, ну хоть что-то хорошее за сегодня. Даниэль впервые постучал ко мне в спальню ночью… Это после того, как он демонстративно перенес свои вещи в гостевую спальню еще в начале нашей совместной жизни. Чего он хочет? Хотя понятно чего. Меня. — Да, да, входи, — говорю нежным голосом. Даниэль и вправду заходит. Только он почему-то одет по-уличному — в джинсы и рубашку, на нем даже легкая ветровка. От его вида у меня в груди нехорошо екает. — Куда ты собрался? — спрашиваю с подозрением. — Зара, я поговорить хотел… Вижу в его взгляде вину. Ничем не прикрытую. Так, стоп, неужели он… Только хочу встать, но Даниэль меня опережает: — Не вставай, просто выслушай. С этими словами он садится на край кровати, снова смотрит на меня с долей вины. Нет-нет-нет! Неужели он все-таки… — Зара, не получается у нас семьи, — припечатывает он меня. — Я уже собрал вещи, и… Ах вот чем он там шумел в соседней комнате последний час. Я тут свою жизнь оплакиваю, а он вещи собирает. Козел! Не знаю, как у меня это получается, но я натурально начинаю скулить, как побитый щенок. — Что ж ты делаешь… Что ж ты творишь со мной… Мне так себя жалко, что просто умереть не встать. — Через время ты поймешь, что нам необходимо было развестись, — заверяет он меня. — Мы не подходим друг другу, и нам не стоило так быстро жениться… — А как же я? Как же наш малыш? — Я уже буквально захлебываюсь рыданиями. — Я хотел дождаться родов, но потом подумал — какой смысл? — пытается он объяснить. — Мы все равно не полюбим друг друга, скорее уж сожрем друг другу мозг, чем мы, собственно, и занимались эти два месяца. А какой это будет пример для ребенка? — Что значит — мы не любим друг друга? — выкрикиваю, все-таки садясь в кровати. — Я люблю тебя, как ты этого не видишь? Я ведь все для тебя… — Зара, ты меня, конечно, извини, но единственный человек, которого ты любишь, — это ты сама. Мне лучше уйти. И лучше сделать это сейчас, чтобы до родов ты как-то свыклась. А когда ребенок появится, мы разделим обязанности и как-то научимся сосуществовать. — К ней пойдешь? — спрашиваю с издевкой. — Учти, я все знаю про твои шашни с бывшей женой! Он меряет меня жестким взглядом, показывая, что я лезу не в свое дело. Но все-таки отвечает: — Пока что не к ней, если это так уж для тебя важно. Я возвращаюсь в дом, где жил до этого. — Лучше бы ты его продал! — кричу на него. — Ведь собирался… Даниэль, не уходи пожалуйста, что же я буду без тебя делать? Он молчит, хмурит лоб, а потом имеет наглость меня успокаивать: — С тобой все будет хорошо. Я тебя не брошу, буду помогать, обеспечу ребенка. Вы можете остаться в этой квартире, я перепишу ее на тебя после развода. С этими словами он встает с кровати, разворачивается и уходит. Я же остаюсь на месте, совершенно обессиленная, внутренне опустошенная. |