Онлайн книга «Жестокий развод»
|
Вещи я забрала. А свое сраное имущество можешь оставить себе». Я стою, с плотно сжатыми кулаками смотрю на треклятую записку. Белый лист формата А4 исписан кривым почерком. Он даже не особенно похож на почерк моей жены, Катя ведь аккуратистка. — Значит, имущество у меня сраное, да, дорогая?! — рычу в пустоту кухни. — А я вот возьму и оставлю его себе, раз ты у нас такая гордая птица! В каком состоянии она это писала? Пьяная, что ли? По ходу дела, да. Хотя Катя ведь не пьет… Совсем. Потому что долгое время лечилась от бесплодия, пила витамины, да и ребенка пытались завести. Но предположить, что она написала это в трезвом виде… Сюрреализм какой-то. Как это — уже подала на развод? На хрена такая спешка? Я думал, обговорим все с юристами, а потом уж… Складывается такое ощущение, что она только и ждала, пока я ей предложу развестись. Как будто у нее был четкий план, что она будет после этого делать. Ага, Даниэля не будет всю ночь, залезу в госуслуги, подам на развод, чтобы все побыстрее, и ну вещи собирать… Так, стоп. Неожиданно я вспоминаю про злосчастные коробки, которые видел у входа. Она их ненужным мусором назвала, что ли? А что она там собрала вообще? Спешу на выход, подхожу к горе коробок. Снова достаю из кармана ключ и начинаю по очереди вскрывать их все. Тут чего только нет… Кажется, будто вся наша жизнь упакована в эти коробки. Посуда, из которой мы ели. Статуэтки, которые так нравились Кате. Пледы эти злосчастные… Даже постельное белье, которое она так тщательно подбирала, чтобы и мне нравилось, и подходило к интерьеру. Но то все ерунда по сравнению с тем, что нахожу в самых нижних коробках. Она сложила сюда фотографии из нашей гостиной. Все фотографии! Еще и альбомы запихала зачем-то… За пять лет отношений у нас с ней набралось очень много снимков. Хорошие ведь были годы. И она все готова в мусорку? По ходу дела, коробки стояли здесь всю ночь. Хорошо, что лето, теплая погода, не было дождя… Но вещи все равно могли пострадать, особенно фото. Считай, чудом уцелели, а я чудом успел, чтобы предотвратить вандализм с выбрасыванием всего ненужного в кавычках. Где у Катерины мозги, что она творит такое? У меня просто руки опускаются от такого вот паскудства. Она всю нашу жизнь препарировала, разделила на части и определила на мусор. Только, видно, не подумала, что я могу быть против, так? Ишь ты, умная. Гордая такая, от имущества моего она отказалась. Сколько Катерина зарабатывает? Три копейки! Много она накупит имущества за эти деньги? Да у нее сумки нередко стоят дороже, чем она зарабатывает в месяц. Ничего ей моего не надо… Гордая бессребреница подала на развод и ушла в закат. Ну круто, что с нее взять. Молодец! Нет. А я еще жалел ее тонкую душевную организацию, обидеть, барыню, не хотел. Успокаивать приехал, слезы-сопли подтирать. Достаю телефон, набираю номер Катерины. Еле сдерживаюсь, чтобы не начать выплескивать негатив с лету. Хочу спросить, на кой хрен она все это наворотила. Надо же для начала хотя бы понять ее мотивы. Раз звоню, второй, третий… Сначала не берет трубку, а потом отключает телефон. — Сука! — шиплю на ни в чем не повинный мобильный. А впрочем, зачем мне спрашивать про ее мотивы? Пусть оставит их при себе. Сейчас у барыни-государыни пройдет первый шок, она поймет, что натворила, и начнет кусать локти. Придет ко мне и скажет что-нибудь из разряда: «Я была неправа… Давай все же купим мне квартиру… Ну пожалуйста, Даниэль!» |