Книга Большой секрет Анаит, страница 25 – Диана Рымарь

— Медведь — это серьезно, — кивнул Соболь. — Но тут уж ничего поделать не могу. Ладно, приглашаю в кафе, пойдешь?

— В кафе? — удивилась Анаит. — Зачем?

— Нам два часа ждать, — пожал плечами Соболь. — Так-то холодает. Март все-таки, не июнь. Пойдем, угощу тебя кофе.

«Не очень клевые кроссовки минус стоимость двух капучино, а каким-нибудь фуфлом из пакетиков я ее поить не буду, так что… Может, вместо кроссовок лучше кеды? Дешевле же. Кожзам вполне ничего», — снова мысленно подсчитал наличность он.

— Я буду всего одну самую маленькую чашечку растворимого кофе и можно без сахара. И все, — заявила Анаит, когда зашли в первое приличное кафе, располагающееся неподалеку от вокзала.

Одноклассница немало удивила его своей скромностью.

Сидела перед ним с дорогой замшевой сумочкой, а внутри телефон почти за тридцатку, пусть и старой модели. И в драных кедах он ее на физкультуре никогда не видел. А вот те на — подайте ей самую дешевую бурду без сахара, она с удовольствием ею подавится. Да у нее живот урчал громче, чем в кафе играла музыка.

Впрочем, Соболь не какой-то там нищеброд, чтобы опозорить себя и повестись на такие разговоры.

— Не, Ани, — покачал он головой. — Здесь такое не подают.

А потом подозвал официантку, заказал два больших фраппучино, бургеры с говядиной и пирожные. А кеды… Да кому они нужны эти кеды из кожзама?

Два часа пролетели как один миг.

Ани после еды сделалась какая-то абсолютно счастливая, без конца улыбалась Соболю, благодарила. А он плыл на облаке под названием «абсолютное счастье», рассказывал ей смешные истории, спрашивал, где успела побывать. Так узнал про жизнь с бабушкой и причину переезда в его родной городок. Очень проникся.

— Это паршиво — терять близких, — сказал ей, пожав плечами.

Потом следовали еще два счастливых часа поездки домой.

Уже мысленно представляя, как бросит завтра Алку, с которой тусил в последние несколько месяцев, Соболь предложил проводить Ани домой.

Однако, как только они приехали в родной городок, девчонку будто подменили.

— Мне надо бежать, — безапелляционно заявила она.

Ее будто даже затрясло от нервов.

— Хорошо, я тебя провожу, — кивнул Соболь.

— Провожать не надо, — покачала головой она.

— Ани, уже темно, — пожал он плечами. — Одну не отпущу, это без вариантов.

— Тогда до самого дома не провожай, ладно? До поворота на мою улицу, — сдалась она. — Побежали!

Снова эти двое взялись за руки и снова поспешили вперед.

Соболь выполнил свое обещание. Остановился на повороте у ее улицы.

— Спасибо тебе за все, — тихо прошептала Ани. — Ты очень выручил! Мне надо бежать, прости…

— Сейчас побежишь, — пожал он плечами.

Сам не понял, как на такое решился, но на пару секунд привлек ее к себе, прикоснулся губами к губам, быстро сунул язык ей в рот, чтобы попробовать вкус. Не стал дожидаться, когда Ани начнет вырываться. Отстранился сам.

— О-о… — простонала она.

Ни слова больше не сказала и убежала.

А он еще долго стоял на том же месте, вспоминал сладкий вкус ее губ.

Вот оно, оказывается, как бывает, когда по любви. А в том, что он в нее втрескался по уши, Соболь уже год как не сомневался.

*Крякнутая винда — взломанная программа Виндоуз.

Анаит уходила от Соболя на дрожащих ногах.

Вроде надо было спешить, бежать, а она передвигалась по двору как улитка. Мышцы дрожали, как будто она целый день помогала копать картошку или таскала с рынка продукты. Слабость наполнила каждую клеточку ее тела. И вызвана она была отнюдь не страхом, а томлением. Воспоминанием подаренной ласки, такой неожиданной и приятной.