Книга Большой секрет Анаит, страница 82 – Диана Рымарь

— Наел бока, вот лифт и встал! — она многозначительно осмотрела его с ног до головы. — Не выдержал твоего веса.

— Ты серьезно? — Его брови взлетели.

Нахалка посмела кивнуть, уперла руки в боки и уставилась на него с упреком.

— Вот как, значит…

Дима недолго думая расстегнул пиджак, а потом принялся расстегивать рубашку.

— Эй, ты что делаешь? — охнула Анаит.

Он не стал слушать ее воплей, распахнул полы рубашки, демонстрируя ей свой идеальный торс. Зря, что ли, столько качался? Вот они — кубики, так нежно любимые дамами. Да, за деять лет и правда набрал около двадцати килограмм, но не жира, а чистых мышц.

— Любуйся! Где ты тут видишь складки жира?

Взгляд Анаит забегал от его лица к торсу и обратно.

— Немедленно застегнись! — тут же проворчала она.

— А то что? Поругаешь меня? — усмехнулся он криво.

— Пфф… Просто отвернусь, и все, — фыркнула она и вправду отвернулась.

Однако бурчать не перестала, почти сразу он услышал от нее недовольное:

— Угораздило же застрять именно с тобой…

Дима буравил макушку Анаит тяжелым взглядом, пока застегивал рубашку. Он выручил ее из неловкой ситуации, заступился, а она опять к нему с претензиями. До чего тяжелая девка! И угораздило же его когда-то в нее влюбиться. Божье наказание, не иначе.

В то же время ее близость не на шутку его волновала. А короткая перепалка и вовсе завела, настроила на романтический лад.

«Эх, сейчас бы Анаит голенькую…» — мелькнула шальная мысль.

— Знаю я одно средство, после которого лифт исправно работает… — проговорил Дима тихо.

— Какой? — тут же оживилась Анаит, снова к нему повернувшись.

— Хочешь, покажу? — спросил Дима с прищуром.

Дождался кивка, бросился к ней, сжал плечи и впился губами в губы.

Анаит замерла на месте, пораженная и оглушенная его наглостью.

Он почувствовал ее руки на груди. Девчонка пыталась его отстранить, но вот какое дело — пихалась едва-едва. Пока целовал ее, забыл, как дышать. Губы горели огнем, и не только губы.

Он прижал Ани к двери кабинки, рука сама потянулась к ее груди. По-хозяйски сжал через ткань блузки, дождался ее стона и, воспользовавшись тем, что она разомкнула зубы, сунул язык поглубже ей в рот.

«Боже, какая сладкая…» — мысленно застонал он.

Надо же было лифту загудеть именно в этот момент.

Анаит тут же вывернулась из его объятий, отпрянула подальше, опасливо оглядываясь.

А потом кабина начала движение вверх.

Дима снова потянулся к Анаит, очень хотелось продолжить поцелуй, но она отступила.

— Ты обалдел? — прошипела зло. — Это харассмент*! Я подам жалобу…

— Будешь много возникать, нажму на «стоп» и опять начну целовать!

Паршивка мгновенно прикрыла рот. То-то же…

*Харассмент — в праве США преступление, нарушающее неприкосновенность частной жизни лица преследованием (телефонными звонками, письмами, слежкой и пр.), назойливым приставанием, домогательством. Совершается обычно с сексуальными мотивами.

Анаит теребила в руках синюю шариковую ручку, дожидаясь, когда его величество Соболь изволит явиться на рабочее место.

Тот случайный поцелуй совершенно выбил ее из колеи. Целые выходные Анаит думала, как поступить правильнее.

По сути — она самая настоящая жертва сексуального домогательства. Можно идти и смело жаловаться на начальника, который распустил руки, губы и даже язык.