Книга Бывшая майора Столярова, страница 60 – Виктория Рогозина

Амина остановилась, не оборачиваясь.

— Между нами всё кончено, Виталий. Я долго это не хотела признавать, но… всё. Нам стоит развестись.

Несколько долгих секунд в доме стояла тишина, как перед бурей, но она не пришла. Вместо вспышки гнева или упрёков Виталий вдруг опустил плечи. Его лицо изменилось — словно из него вышел весь воздух, вся бравада, все отговорки. Остался просто мужчина, наконец столкнувшийся с последствиями собственных поступков.

— Я понял, — тихо сказал он. — Если это всё, что я ещё могу сделать для тебя… Я поеду. Подам с тобой заявление. Хоть это.

Амина удивлённо посмотрела на него. Без театральности, без обвинений — он действительно понял. Или хотя бы попытался.

— Хорошо, — кивнула она просто.

Виталий вернулся на секунду в спальню, быстро натянул пиджак поверх рубашки, не застёгивая пуговицы. Инга что-то лениво спросила, но он даже не ответил. Вышел вслед за Аминой и аккуратно закрыл дверь за собой.

Они спустились вниз и молча сели в машину. Виталий завёл двигатель, взглянул на жену, но ничего не сказал. Амина смотрела в окно. Город за стеклом казался серым, как выцветшая память, но внутри у неё было спокойно. Почти легко.

Они ехали молча, не обмениваясь ни словом, ни взглядом, как будто всё уже было сказано. И в этой тишине между ними — впервые за долгое время — не было злобы. Было только принятие. И, может быть, прощание.

Колёса взвизгнули, когда Виталий вырулил на МКАД и резко утопил педаль газа в пол. Машина словно сорвалась с цепи, рванув вперёд. Амина вжалась в кресло, пальцы судорожно сжали ручку двери. Сердце колотилось в горле, грудь сдавило страхом.

— Виталий, сбрось скорость! — голос дрожал, но она старалась говорить спокойно. — Пожалуйста, не гони так…

— Поздно просить, Амина! — зарычал он, даже не глянув в её сторону. — Ты думала, я вот так просто тебя отпущу? После всего, что я сделал?

Он резко перестроился в соседнюю полосу, едва не задев другую машину. Водитель подал сигнал, но Виталий проигнорировал. Наоборот — продолжил вилять, как будто специально проверяя предел возможностей машины и чужого терпения.

— Я отдал тебе лучшие годы, а ты… ты даже спасибо не сказала! — Он кричал, голос срывался. — Я работал, строил, тащил всё на себе, а ты в один день решила: «Ухожу». Как будто я — мусор под ногами!

Амина сжалась. Взгляд метался — дорога, поток, чужие фары, он. Бешенство на его лице сменялось безумием, в голосе звенела не только ярость, но и отчаяние.

— Я не твоя собственность, Виталий! — выпалила она, дрожащим голосом. — Я человек! Женщина, у которой есть право на выбор!

Он сорвался в хохот, жуткий, нервный.

— Ты была МОЕЙ! Всегда была! А теперь — что? Новый ухажёр? Всё у тебя будет, да? Счастье? Любовь? Не будет! — Он снова рванул влево, подрезав фуру. Огромный клаксон заорал в ночи, и сердце Амины на миг остановилось.

— Витя, ты нас убьёшь! — закричала она, вцепившись в подлокотник.

Он молчал, стиснув зубы. Глаза — как стеклянные, не мигают. Машина летела вперёд на огромной скорости, он вёл её, будто в агонии, будто стремился доказать себе что-то страшное.

Амина дрожала. Всё тело отказывалось слушаться. Она смотрела в окно и повторяла про себя одно: «Пожалуйста, только бы выбраться. Только бы успеть…»