Книга Отчим, страница 28 – Mariya Velvet

— Извините, пискнула девушка, инстинктивно, как лань, отпрыгивая на полметра.

— А что нам, летать что ли⁈ — огрызнулся Платон на бабушку.

Бабуля недобро посмотрела на него, мысленно желая скорой мучительной смерти.

Аня с удивлением посмотрела на него.

— Так надо, — буркнул мужчина, это местные порядки такие, только школьникам так на уборщицу огрызаться нельзя, а взрослым иногда можно.

«Страх и ненависть в местной школе» — про себя изумилась и покачала головой девушка.

Марту еще с полчаса пришлось подождать. У завуча была консультация по русскому языку для девятых классов.

Увидев издалека брата и его выученную непонятно в каких заморских землях подопечную, завуч подобралась, поджала к груди стопку тетрадей и уверенно пошагала к своему кабинету. В конце концов, это они гости и просители, а она на своем месте!

Платон молча смотрел, как сестра, сердито помалкивая, чуть нервно отпирает свой кабинет.

Наконец Марта открыла дверь. Анне ничего не оставалось, как неуверенно шагнуть следом, тем более, что Платон деликатно взял ее за локоть, побуждая увереннее заходить в кабинет.

— Здравствуйте, — поздоровалась Анна. Завуч промолчала.

— У директора вы были, как я посмотрю, — кивнула Марта Михайловна. — Антонина Сергеевна написала мне смс. Ну что же, давайте посмотрим на документы.

Платон сам передал все, что было у них на руках.

— Вот как прикажете вас брать? — завелась сразу с пол оборота сестра Платона. Аттестации по половине предметов нет, итоговых экзаменов за основную школу нет. Ну, допустим, за девятые классы она худо-бедно сдаст, аттестацию получит. Но зачем эти все телодвижения? У нас отличные средне-специальные учебные заведения, идите туда! Здесь она со своим русско-турецким будет главным возмутителем спокойствия!

Аня возмущенно охнула.

— Не «она», Марта, а Анна. Анна Гольдман. Между прочим, носит твою фамилию.

— Незаслуженно, — фыркнула не завуч, но старшая сестра.

— Я дал, значит, заслуженно. Антонина Сергеевна сказала нас брать, значит берите, — сердился Платон.

— Анна, скажите, вы сколько лет русский изучали там, в Турции? — коварно спросила Марта.

— Я вообще не изучала, — довольно подавленно ответила Аня.

— Вот, у нее еще и акцент ощутимый, значит родной язык забыт. Знания остались на уровне первого класса! ЕГЭ она не сдаст. За год нереально все выучить.

— Но я буду очень стараться, — жарко заверила Аня.

Марту такая голубиная чистота и кротость, а еще и наивность раздражали.

— Однозначно не сдашь, не напишешь толком ничего. Это я уже неоднократно с детьми приезжих из Средней Азии проходила! — заявила завуч.

— Я возьму учебники за младшие классы и буду заниматься, — не унималась Анна.

— Вот скажи мне: кого из русских классиков ты читала? — перешла к главному обвинению русовед.

— На факультативе по мировой литературе мы читали Пушкина и Достоевского… — осторожно начала Аня.

— И все⁈ — возмутилась Марта Михайловна.

— И все, — подтвердила Анна, отступая назад.

— Вот смотри, — завуч достала какие-то листы А4 с текстом. — Читай.

«Список рекомендуемой литературы для чтения летом, 8 класс» — с акцентом прочитала Аня.

— 15 произведений! Это только восьмой класс! С каждым годом все больше! Как ты собираешься через полгода итоговое сочинение писать? Ничего не зная, утратив навыки грамотного письма… Нет, я не могу на это пойти…