Книга Отчим, страница 61 – Mariya Velvet

А потом — самое волнительное. «А если он не ушёл?».

Щёки пылали, но между бёдер зарождалась тревожная теплота. Аня резко вдохнула, словно вынырнув из глубины.

Но самое очевидное было в другом — она хотела, чтобы это случилось. Хотела, чтобы он вошёл ночью не как страж, а как возлюблённый. Чтобы его губы нашли её губы в темноте, а пальцы спутали все границы между «должен» и «не смеет». Чтобы утром они проснулись в одном сплетении простыней, где нет места словам — только клятвы, выжженные на коже.

Тишина в доме после ухода Лены была густой, напряженной. Аня и не спускалась вниз. Девушка, чувствуя недомогание, немного поспала, не зря же отпрашивалась. Теперь химичка за этот пробник весь мозг вынесет! В школе вообще, в связи с предстоящими экзаменами обстановка не здоровая. Никто не учится, предметники, если их предмет никто для сдачи ЕГЭ не выбрал, от обучения учащихся самоустранились, давая одиннадцатиклассникам силы сосредоточиться на главном. Выпускающие учителя, наоборот, лютовали.

Аня же здраво рассудила, что, в первую очередь, нужно решать актуальные задачи. Первое — это здоровье, а здоровье — это сон.

Но не спать же весь день! Учиться за нее никто не будет. Тем более, вроде бы действие злосчастных таблеток приотпустило и она начала здраво соображать.

Потягиваясь, Аня включила ноутбук, подключила гарнитуру и села за занятия. Она дополнительно занималась в онлайн-школе подготовки к экзаменам по химии и профильной математике, и сегодня должен был быть созвон с наставником.

Репетитор подробно разбирал с ученицей ошибки, допущенные в задачах. Благо, их было не так много. Средний балл, полученный за пробники, потихоньку подрастал. Аня надеялась приблизиться к девяносто+ баллам за каждый предмет, иначе в хороший ВУЗ не пройти.

— У вас хорошие знания, неплохое решение задач олимпиадного уровня. Попробуйте поучаствовать в январе в региональном отборе по химии, — советовал репетитор. — Если пройдете, поедете со своим учителем на «всерос».

К вечеру девушка тихонько вышла из комнаты. Стыдно было за безжалостно выброшенные таблетки, довольно дорогие. Платон старался, покупал, переживал. Но они ей совсем не подошли и, она их выбросила под влиянием эмоций!

Пока Платона не было дома, она сварила суп. За весь день этот ужасно холодный мужчина кинул ей лишь небольшое смс: «Буду поздно, у меня прием с 18.00 до 21.00».

Не дождавшись Платона к ужину, она поела сама и оставила его порцию в красивой миске с крышечкой. Только разогреть.

Об «ужасно холодном мужчине, сосредоточенном на работе» очень хотелось позаботиться. Он много работал, и профессия у него нужная людям, благородная. Анне нравилось, как Платона уважают все вокруг — продавщицы в магазине, учителя в школе, соседи, сотрудники администрации. Много кто у него лечился, консультировался или лечил своих близких.

И она будет о нем заботиться, не то, что Лена! Девушка очень хотела, чтобы Платону хорошо и комфортно жилось. Она, Аня, совсем не эгоистка. Инициировать отношения и лезть с поцелуями не будет. Подождет. Аня была уверена, что Платон рано или поздно сам дозреет.

Девушка прижалась лбом к прохладному стеклу окна, наблюдая, как сумерки пожирают двор. «Разлучница» — слово жгло язык, но где-то в глубине души пульсировала запретная радость. Она ругала себя за это. Ненавидела, что ловила себя на мысли: «Теперь он только мой, и я никому его не отдам». Даже слабость от снотворного не могла заглушить жар, который разливался под кожей всякий раз, когда она слышала его шаги за дверью.