Онлайн книга «Я тебя не хочу»
|
Огласивший темноту звериный рев вызывает столь сильный ужас, что из глаз сыплются искры. Не сразу соображаю, что за яркими вспышками следует реальное включение света. Откинув орудие убийства, прижимаю ладони к нижней части лица. — Ты ебанулся? — узнаю голос Чары. — Бля-дь… — стонет Люцифер. Смотрю на плечо, к которому он прижимает руку, вижу кровь и, задохнувшись от дурноты, медленно съезжаю по стенке. — Блядь… Блядь… — продолжает стонать мой Хозяин. Уже лежа на полу, слышу перепуганный хрип Чары: — Ты что, мать твою, натворил? — Да ни хрена я не делал! — защищается Фильфиневич резким тоном. — Она меня порезала! Моя кровь! С-с-сука! Мне нужен укол от столбняка. Сейчас! Эта гадина, если не прикидывается, от вида крови отъехала. — Ебана в рот… — прибивается к стае очумевший Тоха. — Ты че наделал, ослина?! — Твою мать, — сипит четвертый, имя которого я не запомнила. — Что с ней?! — Ни-че-го! — выпаливает Люцифер в психах. — Ты, блядь, забыл, чем с Варей закончилось? Мы договаривались больше такой херней не заниматься! Кто такая Варя? И чем с ней закончилось? Почему Чара ее вспомнил? Боже… — Служанка жива! Просто в отключке. Конечно, в отключке. Я никогда больше не открою глаза. Никогда. Боже… — Кровь хлещет, сука… Сука… — Возьми какую-то тряпку. Нужно наложить жгут. — Какую тряпку, Тох? Тут все грязное! — Ты, блядь, серьезно? Ты сдохнешь, чистоплюй! От потери крови сдохнешь, а не от заразы! Сдохнешь! — Завали днище! — Мне звонить матери? — тянет тихим басом Прокурор. Точно. Прокурор. Так его называли остальные. Боже… Боже… Меня посадят. Я сгнию в тюрьме! — Только твоей мамочки тут не хватало, — отсекает идею Тоха. — В жопу пошел. — Гандонище. — Урод. — Закопаем Фиалку. Лопаты есть, — отмечает Шатохин, посмеиваясь. А у меня от ужаса приходят в движение волосы. — Идеальное место для убийства. Боже… Меня убьют. Зароют в землю живьем! — Не надо никого закапывать, — свирепеет стонущий Фильфиневич. — Она жива. Просто, блядь, возьми и отнеси ее в дом для прислуги. Мне нужна «скорая». Срочно. — Какая, на хрен, «скорая»? — гаркает на него Прокурор. — Я сам тебе руку твою загребущую отъебашу. Пилы, какая удача, тоже в наличии. — Пошел ты на хуй, святоша! — Так, заткнитесь все! — прикрикивает на стаю Чара. — Сейчас не время сраться. Нужно успокоиться и действовать сообща. Возвращайтесь все в коттедж. Обработайте и перевяжите рану. Если надо, сами, блядь, швы наложите. Я отнесу девушку в безопасное место. — Пойдем. Звук удаляющихся шагов выбивает из моей груди глухое мычание. Слеза по виску стекает, когда один из стаи возвращается и поднимает меня на руки. — Не бойся, — зачем-то шепчет чертов рыцарь. Я стискиваю зубы и продолжаю играть роль бессознательного, мать вашу, тела. До самого дома. Чара опускает меня в гостиной на диван и выходит, а я еще минут пятнадцать лежу неподвижно, опасаясь, что все это какая-то еще более жестокая уловка. Пока принимаю душ, вся трясусь. Да и после согреться не могу. Кутаюсь в два одеяла и со страхом жду утра. Глаз до рассвета не смыкаю. За завтраком не могу себя заставить что-нибудь съесть. Лишь сладкий чай в бунтующий желудок заливаю. Боюсь идти в коттедж. Долго настраиваюсь. Может, там уже к похоронам оленя готовятся??? Господи… |