Книга Продана миллиардерам, страница 8 – Адалин Черно, Tommy Glub

Я отставляю стакан. Красное платье скользит по коже и с шорохом оказывается у ступней. Кажется, они оба замирает. Один будто перестает дышать, другой медленно поднимается, взгляд обволакивает меня теплым жаром, где нет ни капли сожаления — только признание желания.

Сердце стучит в висках, но голос выходит удивительно ровным:

— Помогите мне забыть об этом идиоте, — произношу я и сама опускаюсь на колени перед ними. Пол холодит, кровь в ушах шумит, а губы вдруг тянутся в еще неуверенную улыбку. — Сотрите его из моей памяти.

Тот, что сидел поодаль, подходит, садится на корточки, касается пальцами моего лица, будто проверяя меня. В его глазах — смесь шока и восхищения, но он быстро собирается: большой ладонью обводит мою щеку.

— Мы сделаем так, что ты ни о ком не сможешь думать, Лиза, — обещает он мягко, хрипло.

Другой подходит сзади, опускает на мои плечи ладони — тяжелые, но удивительно теплые. Тело отзывается дрожью, но это уже не страх, а предчувствие. Я закрываю глаза, позволяя им поднять меня на ноги, и впервые за долгие месяцы ощущаю себя выбором, а не вещью.

И когда между нами разгорается первое горько-сладкое пламя, я позволяю ему расползтись внутри до самого сердца. Сегодня я сама решаю, кому принадлежать. Если мой бывший этого хотел, он это получит.

Они меня не отталкивают. Я расслабляюсь в их руках и к собственному удивлению не чувствую ни грамма отвращения. Они желанны и привлекательны, как и я. Именно так я себя чувствую, когда они на меня смотрят. Огонь желания прекрасно читается в их взглядах, а это именно то, что, оказывается, нужно разрушенной женской самооценке с каплей выпитого алкоголя.

— Ты очень красивая, — говорит тот, чьего имени я еще не знаю.

Его ладонь ложится на мой подбородок, приподнимая его чуть выше, а взгляд — тяжелый, голодный — будто проникает внутрь.

Я не двигаюсь. Только чувствую, как внутри зарождается что-то новое. Это интерес? Или желание? А, может, предвкушение?

Я впервые позволяю себе их рассмотреть. Высокие, широкоплечие, чем-то похожи друг на друга, но вряд ли братья. Цвет глаз разительно отличается. У одного — темно-зеленые, у другого — карие, почти черные. Я тону в них обоих. В их глубине и страсти, которой они меня одаривают.

Тот, чьего имени я еще не знаю, резко встает и поднимает меня на ноги, а потом и на руки, прижимая спиной к Саше. Я издаю глухой стон. К собственному удивлению, внизу живота становится томительно жарко, а между ног скапливается влага. Мое тело реагирует странно, а разум словно отключается. Их двое, а я одна. Они оба хотят меня до безумия и не проявляют ни капли грубости.

Через минуту я чувствую спиной мягкую обивку дивана. Распахнув глаза, сталкиваюсь со взглядом зеленых глаз.

— Как… как тебя зовут? — спрашиваю охрипшим голосом.

— Дима.

Я вздрагиваю, когда он приближается и целует меня. Совсем неожиданно для меня прижимается губами, а затем проталкивает язык в рот. Пальцы Саши медленно скользят по моим лодыжкам, поднимаясь все выше — то ласково, то вызывающе. Я с легкостью понимаю, что это он по тому, как он прикасается и по холоду, исходящему от его рук. Не знаю почему, но у него холодные руки, в то время, как у Димы — теплые, я бы даже сказала горячие.

Я замираю, прикусываю губу Димы, впитывая его ответный стон и чувствую, как соски напрягаются под тонкой тканью лифчика, как бедра будто сами по себе раскрываются.