Книга Непокорная для Мажора, страница 45 – Анюта Васильева

Это довольно неприятно, и думаю, мне стоит поговорить на эту тему с Мамаевым, чтобы не надумать лишнего.

— О чём задумалась? — очень кстати задаёт вопрос.

— У тебя было сегодня что-то с Маликой? — решаю спросить в лоб. Не хочу попросту себя накручивать.

— Было, — внутри в миг всё холодеет. И он вот так просто мне об этом говорит? — А должно было быть с тобой.

— Я… — теряю дар речи.

— Маша, мне давно не пятнадцать! Я не могу просто взять и за углом передернуть. Я взрослый мужчина, и у меня есть свои потребности.

— Да, я это понимаю, — еле слышно выдавила из себя эти слова, из-за всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе.

Колючий ком болезненно давит на горло. Мне больно и неприятно, но мама всегда говорила, что диалог — это наилучший способ решения проблем, ссор и недомолвок.

— Арслан, мы знакомы всего три недели. Это если со дня гонок считать. Это неправильно, если я на первом же свидании прыгну тебе в постель. Это нарушение всех нравственных императивов.

— Чего? — начинает смеяться Арс. — Ты серьёзно сейчас?

— Конечно серьёзно! Моя подруга встречается со своим парнем уже… Точно не помню, но факт, более полугода. И у них с Пашей до сих пор не было интимной близости.

— Ты про кого сейчас?

— Про Марину.

— А-а, — Арслан снова стал серьёзным. — Она с задротом встречается! — не спрашивает, а утверждает Арс.

— Почему сразу задрот? Вовсе нет. Он очень умный и начитанный парень. Просто он уважает Марину, вот и…

— Маша! — снова перебивает меня. — Если он действительно не задрот, то у него просто есть та, или тот, кому он вставляет. Или же твоя Марина умеет делать так, чтобы он и её ждал, и голодным при этом не оставался.

— Я была рядом с тобою, а ты спал с другой девушкой! — не осознано голос звучит громче и в нём присутствует дребезжание. — Я не говорю сейчас о чувствах, разумеется, это было бы глупо. Но это неуважительно по отношению ко мне… — на последних словах мой голос предательски сорвался. Я не планировала говорить этого. Само как-то так вышло.

Тишина, повисшая в салоне автомобиля, давит на меня со всех сторон.

— По большому счёту, я даже не знаю, что у нас с тобой. — продолжаю. — Кто я? Девочка для утех?

— У меня с этим проблем нет!

— Да, заметила я уже! — сейчас я не повышаю голос, но говорю немного с раздражением. — Так зачем я? Кто я в конце концов для тебя?

Мамаеву до скрежета зубов не нравится этот разговор. Он двумя пальцами сжимает переносицу, пытается успокоиться, взять себя в руки.

— Всем бабам нужно одно и то же. Конкретика! — кто я для тебя? — Арслан говорит достаточно резко. — Бесит жутко!

— Да, тут ты прав! Конкретика всем нужна. И это нормально! Во избежание иллюзий и несбыточных грёз. Каждой уважающей себя девушке важно знать, как к ней относится парень, с которым у неё есть хоть что-то. Я не хочу быть использованной, одноразовой куклой, которую ты выбросишь, когда тебе надоест!

Машина тормозит у моего дома. Я даже не заметила, как мы приехали. Я берусь за ручку двери, хочу выйти.

— Сидеть! — негромко, но настолько властно, что я тут же убираю руку от двери и опускаю голову. — Ты не уходишь, если я тебя не отпускаю. Тем более если мы разговариваем, Маша!

Внутри моментально поднимается протест, но я сижу, потому что мне велели.

— Я сам пока не разобрался, на какой хер ты нужна мне, Мормышка?! Может быть, да, так и будет: я трахну тебя и отпущу. Но отпущу, а не выброшу. Это уже отличает тебя от остальных шлюх, которым я просто спускаю сперму в глотку. Тебя я трахнуть хочу, Маша. По-настоящему, жёстко и без презерватива. Это тоже делает тебя особенной, — особенной? Он что, издевается? — Я не разобрался пока в себе, — говорит уже почти мягко. — Пока, на данный момент, уверен лишь в том, что ты должна быть рядом со мною. Поэтому если тебе так хочется, можешь считать себя моей девушкой.