Книга Папа для непосед, страница 18 – Ника Лето

Хорошая новость: всё отлично работает. Плохая: реализовать желание не получится.

Она – не из тех, кого можно купить очередной сумкой. Она – та самая, что шипит «хамло» и готова драться за своего сына сосулькой. Теперь она ещё и няня моей племянницы.

Гениальный ход, Зимин. Найди женщину, которая тебя ненавидит, и назначь её ответственной за самое дорогое, что у тебя есть. А потом начни сходить по ней с ума.

Лена молчит, уткнувшись лбом в стекло. На заднем сиденье Влад уже спит, утомлённый играми, а Аня тихо бормочет что-то плюшевому зайцу. Картина тихого семейного счастья, которую я сам могу разрушить одним неверным движением, одним слишком откровенным взглядом.

В голове – мелькающие кадры, как в сломанном проекторе.

Её платье, тёмное пятно, растекающееся по груди. Резкий запах кофе и её кожи. Мои пальцы на тонкой металлической змейке молнии. Холодный металл, а под ним – горячая кожа. Леденящий снег на её груди. И кружево. Чёрное, скромное, но от этого ещё более безумно эротичное. В тот миг в штанах мгновенно всё налилось свинцовой тяжестью.

А потом – та самая кабинка. Она в новом чёрном платье, прижатая к зеркалу. Одежда идеально облегает её изящную фигуру. Её глаза – испуганные, огромные, но и… ожидающие. Я видел этот взгляд у других женщин. Но у неё он был другим. Острым. Как вызов.

Наглость, конечно, запредельная – вломиться к ней, пока она переодевается. Но я не смог удержаться. Мне нужно было увидеть её реакцию. Услышать этот срывающийся, хрипловатый голос. И чёрт возьми, она мне нравится. Вся: её гнев, её упрямство, эта смесь отчаяния и непоколебимого достоинства. И да, мне до боли хочется её. Просто, примитивно, по-мужски. Но это «просто» не такое уж и простое.

Я сам нанял её на работу. И она показала в первые же часы чудеса, на которые я и не рассчитывал. Ане с ней комфортно. Это ведь идеально. И я не должен ломать эту идеальность.

— Лена, давай-ка ты сегодня соберёшь вещи, – говорю я, не смотря на неё. – Прямо сейчас. Переедешь к нам.

Она оборачивается, её брови взлетают вверх в удивлении.

— Сегодня? Артём, это невозможно! Мне нужно…

— Тебе нужно быть там, где от тебя зависит спокойствие Ани, – перебиваю я. – И моя работоспособность. Завтра в офис приезжают инвесторы. Те самые, от которых зависит, будет ли «Факел» гореть или мы все пойдём по миру. А в системе – ошибка, которую мы не можем локализовать. У меня будет ровно ноль времени думать о том, что Аня в садике опять в истерике. Мне нужна гарантия. Ты – и есть эта гарантия.

Она смотрит на меня, изучая лицо. Ищет подвох, нахальство, скрытые мотивы. И они, конечно, есть. Но не те, о которых она думает. Самый главный мотив – я не хочу отпускать её ни на шаг. Потому что с ней в доме будет… спокойно.

Хотя, конечно, самое важное – закончить сегодня ночью этот чёртов проект. Иначе мне хана. Я больше не смогу быть таким непозволительно щедрым, как сказала Лена. А я не могу быть уже другим. Я привык к такой жизни. И я буду бороться за комфорт до конца.

— Но это же абсурд. Я не смогу так… быстро собраться, – настаивает она, но уже без прежней уверенности.

Я вижу, как она мысленно перебирает свои пожитки, представляет хаос в своей квартире. Наверняка, уже составляет маршрут, трудности, которые принесёт этот переезд. И я знаю, что могу дожать её.