Книга Папа для непосед, страница 93 – Ника Лето

Программисты переглядываются.

— Всё, ребята, – говорю я, улыбаясь, и откладывая на стол мокрый платок. – Разборки закончены. Расходимся по рабочим местам. Доделываем дела, готовимся к праздникам и копим идеи. В следующем году приступим к самым прогрессивным. За лучшую идею будет премия.

Они расходятся, тихо переговариваясь. Я остаюсь на месте. Мокрый, но счастливый. Лена поднимается с места и подходит ко мне, смотрит с улыбкой.

— Хорошо, что это был не горячий кофе – говорит она.

— Почему? – усмехаюсь я.

— Потому что иначе мне пришлось бы тебя раздевать и охлаждать снегом.

— Только не говори, что тебе бы это не понравилось, – поддеваю я.

Смеюсь и притягиваю её к себе, забыв про мокрую рубашку, про всех, кто может смотреть на нас сквозь прозрачное стекло, забыв про всё на свете. И просто целую её.

Наконец-то.

Эпилог

Два года спустя

Вот и наступил долгожданный новогодний вечер.

Подарки упакованы и стоят под роскошной ёлкой. Стол ломится от еды. Здесь есть всё. И салаты, и горячее, и сладости, и мандаринов целая куча, и, конечно, сок для детей, а для взрослых – шампанское.

Тамара Петровна постаралась на славу, отказалась заказывать еду с ресторана, заявив, что на праздник всё должно быть домашнее. Впрочем, как обычно. Можно считать, что это наша новогодняя традиция.

Я помогала ей с утра, нарезала, смешивала, украшала.

И… кое-что было не так. Я чувствовала лёгкое головокружение, слабость, но списывала всё на усталость. Каждый год эта суета с подарками, с детскими утренниками, костюмами, адвент-календарями.

Мне кажется, я вообще все дни как белка в колесе крутилась, чтобы успеть всё и сразу. Но вообще-то успела. Зато здоровье подкосилось. Думала, что приболела, а потом… потом кое-что дошло… Я сложила даты, цифры и поняла одну вещь…

Аня и Влад сидят рядом за столом. На них нарядные костюмы. Аня в платье принцессы, Влад в галстуке, который он пытается постоянно стянуть, потому что ему не нравятся такие официальные наряды. Наши дети…

Они хохочут, придумывают на ходу какую-то игру, коверкают слова и снова хохочут. Беззаботные, счастливые. Они ходят в один садик, как и хотели. Называют нас теперь «мама» и «папа». Потому что так и есть. И по законам жизни, и по документам.

Толик отозвал родительские права. И больше никак не участвует в нашей жизни. И я этому рада. Артём отлично справляется с ролью отца…

Вот и новая вводная. Я уже два года, как ношу фамилию Зимина. Мы столько разговаривали о будущем, но это… Об этом мы как-то не говорили. Артём шутил пару раз про декрет, но дальше шуток дело не заходило.

И вот одна безбашенная ночь после удачного отмечания проекта. Повторение подвига в джакузи, пока дети были у наших замечательных соседей с ночёвкой и вот… Результат не заставил себя ждать.

Как же сказать?

Я украдкой вздыхаю. Кошусь на свою тарелку. Меня мутит от салатов. Самый кошмар – мой некогда любимый салат с курицей и ананасами. Сейчас я на него даже смотреть не могу. Украдкой отодвигаю тарелку подальше и делаю вид, что ем бутерброд с икрой, хотя он тоже не особо лезет.

— Лена, ты чего не ешь? – вдруг замечает Тамара Петровна и смотрит на меня с беспокойством. – Устала? Бледная какая-то.

— Всё в порядке, – улыбаюсь я сквозь силу. Откусываю кусок бутерброда. – Просто… нервничала перед праздником. Аппетит пропал.