Книга Влюбить босса. Новогодний спор, страница 26 – Ника Лето

Я осторожно подхожу к двери конференц-зала. Стеклянная стена позволяет видеть, что внутри пусто. Столы стоят одиноко, чистые, убранные после вечеринки в честь Нового года, кресла задвинуты. Никакого совещания и в помине нет.

Чёрт побери. Значит, всё-таки Шереметьев меня загнал в ловушку? И я повелась, как последняя идиотка. Прекрасно. Суббота. Вечер. Я в пустом офисе… и он. Где-то здесь. Ждёт меня, как охотник зверюшку.

И словно в подтверждение моей догадки я чувствую колебание воздуха за своей спиной. По телу пробегает волна мурашек от неконтролируемого страха.

— Добрый вечер, Жукова.

Разворачиваюсь, сжимая сумочку сильнее в руках.

Шереметьев стоит в двух шагах. В идеально сидящем тёмно-синем костюме, без пиджака, рукава рубашки закатаны. На нём нет галстука. Это неформально. Опасно неформально.

Он смотрит на меня. Его медленный, оценивающий взгляд скользит от моих туфель до пучка на голове, задерживается на лице дольше, чем положено боссу смотреть на свою сотрудницу.

— Добрый вечер, Кирилл Захарович, — выдавливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Что… что случилось? Почему… вы меня вызвали?

Он слегка наклоняет голову, и в уголке его губ появляется опасная лёгкая улыбка.

— Соскучился.

Моя челюсть буквально отвисает.

— Вы… издеваетесь, Кирилл Захарович⁈

Его улыбка становится шире, но глаза остаются серьёзными.

— Шучу, Женя. Не надо так нервничать. Хотя твоя реакция бесценна. Все в отпусках до конца недели. Помнишь? Отдыхаем после дикого предновогоднего аврала. Забыла?

Я забыла? Конечно! В панике после корпоратива я вычеркнула из памяти все служебные записки. Но он ведь не просто так меня позвал. Сообщение. Это что… тоже была такая идиотская шутка?

— Так… а совещание? — слабо спрашиваю я.

— Отменено. Но раз уж ты здесь, — он взмахивает рукой в сторону моего рабочего стола, — есть пара срочных задач. Всё на почте. Будь добра разобраться. Я буду в своём кабинете.

Шереметьев разворачивается и уходит, оставляя меня стоять посреди пустого, безмолвного офиса. Я медленно плетусь к своему рабочему месту. В голое лихорадочно прыгают мысли.

Он играет. Играет со мной. Это ясно как день. Вся эта ситуация — «соскучился», пустой офис, отменённое совещание, его вид — всё продумано. Каждая деталь. Он специально загнал меня в эту ловушку.

Я сажусь за компьютер, пытаюсь вникнуть в письма. Цифры и сроки пляшут перед глазами. Внутри бушует странная смесь злости, страха и… чёрт побери, предвкушения. Оно тёплое, порочное, пульсирующее где-то глубоко внизу живота. От этой пустоты, от этой тишины, от осознания, что в этом здании, кроме охраны внизу, есть только он и я.

Это неправильно. Это непрофессионально. Ты же взрослая женщина, соберись, Женька!

Но тело не слушает мой разум. Оно помнит его прикосновения. Помнит его страстный, жаркий поцелуй на столе и нежный, аккуратный поцелуй у такси.

В конце концов, я не выдерживаю. Встаю, поправляю платье и, проклиная себя за слабость, иду к его кабинету. Стучу.

— Входи.

Он сидит за столом, что-то пишет, не глядя на дверь. Выглядит действительно занятым. Будто решает свои привычные рабочие вопросы. Может быть, я зря себя накручиваю? Я просто схожу с ума.

Но упрямо делаю шаг внутрь.

— Сделать вам кофе, Кирилл Захарович? — мой голос звучит хрипло от напряжения.