Книга Огненные сердца. Все, что осталось от нас, страница 33 – Кира Сорока

— Ты в баскетбол играешь? – дружелюбно хлопает по моему плечу Купидонов, как только я захожу в мужскую раздевалку.

Дернув плечом, небрежно смахиваю его руку.

— Играю.

— В нашей школе уважают только баскетбол, – продолжает он, не обратив внимания на мой жест.

— Ууу!.. – недовольно гудит один из хоккеистов, кажется, Эдик. – Тогда хоккей не уважает тебя, Макс, раз ты выдал сейчас эту ересь.

Его приятель Руслан одобрительно кивает. Купидонову стоило бы сдуться перед этими двумя, но слабоумие и отвага в нем явно зашкаливают.

— Мы могли бы помахать клюшками в эти выходные, – напирает он на хоккеистов. – В новой коробке. Покажете, чему вас научили в вашем «Динамо».

— Заметано! – довольно рявкает Руслан.

Парни ударяют по рукам.

— Егор, ты в теме? – смотрит на меня Купидонов. Увидев в моих глазах отказ, он тут же добавляет: – Если, конечно, играешь в хоккей.

Футбол, хоккей, баскетбол, рукопашный бой, плавание. Лет до пятнадцати отец активно занимался мной. Я с трудом успевал на занятия в разных секциях, и на школьную программу сил уже не оставалось. Потом отец сдулся, и я забросил почти все. Лишь иногда ходил поколотить грушу и попинать мяч.

— Играю, – кивнув, срываю с себя рубашку и напяливаю футболку, ловя взгляды одноклассников на своих татуировках. Правда, они быстро отводят глаза. – Но просто так играть неинтересно, – продолжаю я, стягивая джинсы. – Нужна какая-то ставка.

Купидонов задумывается, почесывая затылок.

Надеваю спортивные штаны и кроссовки. Вспомнив про телефон Алины, достаю его из джинсов, чтобы переложить в рюкзак. В этот момент смартфон вибрирует, и на экране всплывает уведомление о сообщении. Успеваю увидеть, что Алине написал какой-то Ромчик.

У меня немеет лицо. Лихорадочно нажимаю на сообщение, чтобы прочитать его, но телефон запрашивает пароль. Прошлым летом телефон мышки не был запаролен, и я с легкостью изучил его содержимое. Теперь она стала более предусмотрительной? Или скрытной?

Алина сказала, что кто-то был после меня! Но ведь она солгала, да? Или нет?

Не вслушиваясь в галдеж, пытаюсь подобрать пароль, наугад набирая цифры. Ничего не получается, и телефон уходит в блок.

Твою ж…

— Хрен его знает, на что играть, – говорит Купидонов, направляясь к двери. – Не на бабки же.

— На новенькую сыграем, – выпаливаю я внезапно даже для самого себя.

Купидонов замирает и оборачивается.

— Это как?

В его глазах разгорается азарт, и гнев моментально плавит мои нервы. Я отлично вижу, что Алина ему нравится, несмотря на ту блондиночку, которую он называет своей девочкой.

Медлю. Я готов вырвать себе язык за то, что ляпнул, втягивая Алину во все это. Наконец все же говорю, смотря на Купидонова в упор:

— Мы с тобой будем играть в разных командах. Ты проиграешь и отвалишь от нее.

Он усмехается.

— С чего ты взял, что она мне нужна?

— А если выиграешь, – продолжаю я, – то не получишь от меня пинков под зад.

Купидонов с трудом растягивает губы в улыбке и изображает равнодушный вид.

— Не нужна мне Столярова. К тому же у нее парень есть и там все серьезно.

Кто-то из одноклассников подхватывает:

— Точно! Девчонки об этом на перемене трепались.

— Жалко. Она ничего такая. Секси, – хмыкает кто-то другой.

А у меня так звенит в голове от ярости, что я глохну и слепну.