Книга Нахал, страница 76 – Надежда Жирохова

— Что это черт возьми, Фаина? Он тебя бьет? — Рычит он.

— Нет, — огрызаюсь в ответ.

— Он тебя запугал, херов урод, да я ему руки переломаю.

— Макс нет, я просто поскользнулась и упала. Уходи, хватит строить из себя героя. Ты мне не нужен, вали к своей Кате и оставь меня в покое! Просто уезжай!

Он выдохнул как из-под удара под дых, побледнел. В глазах неверие вперемешку со злостью. Внутри меня плескалось что-то сродни облегчения, но уже через минуту я поняла, что хочу, чтобы он нашёл силы не верить ни одному моему слову.

Я умирала, прямо здесь и сейчас без надежды возродиться обратно.

Телефонный звонок вывел нас из состояния транса.

Макс достал его из кармана своих брюк и нахмурив брови взял трубку.

— Алло, — слишком хрипло, практически шёпотом.

Он молчит и по мере того, как кто-то говорит на том конце провода его лицо начинает белеть.

Я вижу, как он поджимает губы и как дёргается на его щеке нерв.

Так же не произнося ни одного звука, он кладёт трубку и в следующую секунду его телефон летит и с грохотом разбивается о дверь холодильника.

Я смотрю на него и мои руки холодеют. Нет сил смотреть в любимые глаза, которые потемнели от боли, как пасмурное небо.

Фаин, — выдохнул он, обжигая дыханием и утыкаясь носом мне в плечо, — отец умер двадцать минут назад …

Фаина

Отца Макса похоронили три дня назад. Я стою у окна смотрю на машину, тормозящую около парковки, и стискиваю руки.

Молодой парень в футболке поло и шортах, выныривает из-за руля и открывает пассажирскую дверь. Луиза с новой причёской и улыбкой на губах выпорхнула из машины и парень, захлопнув дверь прижал ее к дверце облокотившись руками по обе стороны от неё.

Ее мерзкий смех слышится даже через толстое стекло, я морщусь от этой картины и отхожу от окна.

Макса я все эти дни не видела. Сердце ныло и обливалось кровью от того, что я представляла, насколько ему сейчас плохо, но вынуждена была находиться вдали от него.

— Фаина ты дома? — Тонкий визгливый голос Луизы разносится по всей комнате, — где дом работница? Почему мои покупки все ещё у меня в руках?

— Нужно было попросить вашего ухажера донести, или вы стесняетесь, что он моложе вас лет на тридцать?

Я ухмыляюсь, наблюдая как ее лицо багровеет от злости.

Прошло всего лишь три дня с похорон ее мужа, а она как будто только и ждала его смерти.

— Ты мне будешь указывать, что мне делать? Сегодня же позвоню Кириллу и выскажу о твоём никчемном поведении. Пусть он тебя высечет, а то я смотрю ты совсем отбилась от рук!

— Можете звонить хоть Папе Римскому, мне все равно. Кириллу не до вас и тем более не до меня. Все счета заблокированы до оглашения завещания, и да, дом работнице так же нечем платить, поэтому сами несите свои пакеты, — цежу сквозь зубы.

— Это ненадолго, скоро здесь все будет мое, а ты так и останешься приживалкой. Может быть от тебя будет прок если ты займёшься домашним делами и будешь прислуживаться нам на кухне. Я думаю, это отличная идея.

Она проходит, мимо задевая меня своим плечом, а я стараюсь не подать вида что расстроена.

Весь день я слоняюсь из угла в угол с телефоном в руках то и дело намереваясь позвонить Максу и узнать, как у него дела, поэтому к вечеру просто не выдерживаю.

Жму на вызов и слышу длинные гудки на том конце провода. Сердце колотится в груди, ладошки потеют от собственной смелости. Гудок за гудком, а затем короткий от которого все внутренности напрягаются. Он скинул вызов, не захотел со мной говорить.