Книга Заболеть на всю жизнь тобой..., страница 20 – Надежда Жирохова

Он отрывается от меня, глаза машинально распахиваются, я не хочу разрывать этот контакт. Не сейчас, когда он настолько близко. Даже всхлипываю, боясь, что он развернется и уйдет. Он все понимает, читает по моим глазам. — Дура, какая же ты дура, Дана, — шепчет он, прежде чем снова притянуть меня к себе.

Пусть дура, пусть идиотка, хоть кто, лишь бы не терять его тепло, и не ощущать дикого холода в груди.

Я выгибаюсь назад и слышу звон металлической пряжки. Место, где его рука держит мою талию, усиленно жжет.

— Тише, все хорошо, — с этими словами он отодвигает в сторону край моих трусов, и его член проталкивается в меня. Его зрачки расширены, взгляд мечется по моему лицу, пока я пытаюсь к нему привыкнуть. Внутри все опоясано огнем. Клим сначала медленно, затем, ускоряясь, начинает двигаться во мне. С каждым новым толчком мое тело бьется о бетонную стену, и от очередного спазма, скручивается живот. Я пытаюсь не закричать. Клим прижимается к моему рту, продолжая усиленно двигаться. Мне требуется меньше пяти секунд, чтобы что-то внутри взорвалось. Его губы все еще жмутся к моим, не делая попытки раздвинуть губы. Я задыхаюсь, ощущая яркую вспышку глубоко внутри. Что-то невесомое расползается по телу дрожью и отдается в самые кончики моих рук и ног. Меня колотит сейчас по-настоящему. Клим сдавленно рычит, делает очередной толчок и вырывается из меня, кончая на бедро и издавая хрипящие звуки.

Так много мыслей мелькает в моей голове. Сейчас я не могу в них разобраться. Я все ещё прижата к нему, и мы судорожно пытаемся отдышаться. Клим дышит мне в висок, и я понимаю, что он нужен мне как воздух. Такой, какой есть. Он мой, не хочу его терять, только не сейчас, когда я осознала, что влюблена в него без памяти. Если бы можно было вернуть все назад и исправить. Я бы все для этого сделала. Господи, не дай ему уйти.

Он, отдышавшись, отталкивается от меня, и я цепляюсь за него руками. Клим мотает головой, прося меня отпустить.

— Нет, только не так, пожалуйста, постой еще немного.

Он изучает мое лицо, пытается что-то прочесть, пока его губы снова не вздрагивают в кривой ухмылке.

— Не могу…

— Клим, пожалуйста…

Он напрягается, что-то меняется в его глазах. Смотрю, как он застегивает ширинку и снова смотрит на меня. Я готова унижаться, бежать за ним, если потребуется. Дура, знаю, но я же чувствую, что нужна ему. Он побесится, пусть даже накричит, не хочу видеть жесткость в его взгляде снова. Сейчас в нем опустошённость и безразличие, и мое сердце начинает ныть.

— Клим…

— Оденься, Дана. И иди спать, — его голос сейчас очень холоден.

Клим отдаляется, садится на свой мотоцикл, и мне становится больно. Как будто внутренности разрезают живьем.

ГЛАВА 10

Клим

В моей голове полный кавардак. Даже не знаю, как мне следует правильно поступить и выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. Наблюдаю, как мой лечащий врач разговаривает с женщиной на том конце провода и, ненароком, прислушиваюсь к нежным ноткам его голоса. Такое поведение мне не свойственно, но мое внимание полностью сосредоточено на его лице. То, как усиливаются у его глаз морщинки, улыбка на его лице, я впервые думаю о будущем. Что ждет меня завтра? О чем я мечтаю? Скорее всего, милую девушку рядом, скромную и без лишнего пафоса. А еще детишек, двоих или троих. Всю жизнь стараться быть примерным отцом и ни за что не повторять ошибок моих родителей. Наверное, все брошенные дети этого хотят. Никогда не быть похожими на тех, кто их оставил. Перерубить свое прошлое и вылезти из кожи вон, чтобы доказать самому себе, что ты лучше. Хочу быть хорошим для них.