Книга Последняя любовь капитана Громова, страница 17 – Лина Филимонова

Инга

— Нет, - отрывисто бросает Борис. - Этот вариант нам не подходит. Мы не будем ничего обсуждать. Делай как я сказал.

Его голос звучит жестко и сухо. И это совсем не похоже на то, как он разговаривает со мной.

Борис кладет трубку и поворачивается ко мне:

— Это по работе.

— А кем ты работаешь?

Наконец, на третий день нашего бурно развивающегося знакомства, узнаю…

— Управляю компанией. Наш профиль - крупная строительная техника. Аренда, ремонт, обслуживание.

— Это… всякие экскаваторы?

Борис кивает.

Понятно. Мужской коллектив требует сурового руководства.

— А раньше я был пилотом, - продолжает он. - Гражданская авиация. “Добрый вечер, дамы и господа, говорит командир корабля Борис Громов. От имени всего экипажа и авиакомпании приветствую вас на борту самолета”.

Он произносит это “специальным” голосом, и мне на секунду кажется, что я в самолете, который готовится к взлету.

— Ух ты! - восхищенно выдыхаю я.

— Уже не “ух ты”. Теперь я просто строитель.

Я слышу в его голосе скрытое разочарование. И - не решаюсь спросить, почему он ушел из авиации. Есть ощущение, что это непростая тема для него.

Сегодня мы ели блинчики на кухне до четырех утра. А уже в шесть тридцать у Бориса прозвенел будильник, он быстро собрался и уехал на работу. Мне в библиотеку к девяти, так что мой будильник звонит в полвосьмого. Но сегодня я его переставляла три раза - никак не могла проснуться…

А ещё я не могу перестать улыбаться...

Правда, в тот момент, когда я услышала, как властно и жестко он разговаривает по телефону, улыбка увяла. Но теперь снова сияет!

Мы едем обедать. Борис позвал меня в ближайшее кафе.

— А где ты обычно обедаешь? - спрашивает он.

— Я беру что-нибудь с собой. Или хожу в столовую.

Каждый день обедать в кафе - слишком разорительно для моего бюджета.

Вчера Борис пригласил меня в ресторан. И заплатил по счету. Это нормально. Это свидание. А как быть сейчас? Должна ли я хотя бы предложить?..

Ладно. Разберемся. Буду действовать по ощущениям.

— Вечером увидимся? - спрашивает Борис после того, как мы делаем заказ.

И я вспыхиваю от его откровенно раздевающего взгляда.

— Да, - кивает он. - Я хочу продолжения банкета.

— Серый волк не доел Красную шапочку, - шучу я.

Он смеётся.

— Знаешь, как меня зовут в байкерской тусовке?

— Лев? Тигр?

— Неа.

— Плюшевый медвежонок?

— Пф-ф-ф-ф! - фыркает Борис.

— Скажи.

— Если честно, не очень хочется. Прозвище у меня так себе.

— Ну скажи. Мне очень интересно.

— Ладно. Меня зовут Боря Гиббон.

— Гиббон? - удивляюсь я. - Почему? Ты совсем не похож на… На…

— На обезьяну? - подсказывает Борис.

— Хотя…

Я уже загуглила “гиббон” и разглядываю картинки.

— Что значит: “хотя”? - раздается рык.

— Смотри, какие гиббончики хорошенькие! Такие лапочки, такие мордочки, а хвостики…

— Хвостики выдающиеся, ага.

— Глазки грустные, и смотрят так сурово, исподлобья…

— Совсем как я.

— Ну, что-то есть…

— Да просто в тусовке такая традиция, давать всем зверские клички. Вот и придумали мне Гиббона. Некто Кошак одно время пытался звать меня Обезьяном. И чуть не лишился хвоста и ушей. А вообще меня чаще зовут Капитан.

— Капитан тебе очень идет!

— А у тебя было какое-нибудь прозвище? - спрашивает Борис. - В детстве, например.

— Да как-то… нет. У меня имя неудобное для прозвищ.