Книга Последняя любовь капитана Громова, страница 86 – Лина Филимонова

— Ага, помню. Волосы тогда сожгла перекисью. Меня ещё на комсомольском собрании пропесочили. За неподобающий комсомолке вид и тлетворное западное влияние.

— Серьезно? - удивляется Саша.

— Очень даже серьезно! Я так переживала. Но волосы-то не вернешь. Так и ходила, пока не отросли.

— Жесть! - выдыхает Лера.

— Вспомнила. У меня сумочка есть. Дядя привез из Чехословакии. Почти новая! Пойдем, покажу. Вдруг она тоже модная.

Тут раздается стук в калитку, и она сразу же распахивается.

— Марин, привет…. Ой. Всем здравствуйте! Не займешь яиц, а то я блины затеяла, кинулась, а у меня всего одно осталось.

— Конечно, пойдем. Это наша соседка, Варя, - представляет она нам женщину.

А та стоит, смотрит на Леру…

— Это что же, внучка твоя? Похожа.… Ой! - она хлопает себя по лбу. - У тебя же нет внучки!

— Как нет? Вот она. Лерочка. Моя копия!

Инга

— Что это? - спрашивает Саша.

— Ридикюль, - с гордостью отвечает Лера, демонстрируя очаровательную винтажную сумочку, расшитую мелким бисером.

— Риди… что?

— Ридикюль с замком фермуар.

— А если без мата?

— Это сумка.

— Где-то я такую видел… - нахмурив брови и вглядываясь, произносит Борис. - А, вспомнил! У старухи Шапокляк.

— Шапокляк вообще старушка на стиле, - сообщает Лера. - Юбка-годе, кружевные манжеты, длинный кардиган, ридикюль, опять же… модные блогеры умерли от зависти!

— По-моему, это стиль Коко Шанель, - замечаю я.

— Вот именно!

— Что, модная сумочка? - спрашивает Марина Антоновна.

С чрезвычайно довольным видом.

— Очень!

— Забирай.

— Ну что вы! Это же ваша память.

— Ну и зачем мне эта память? Пусть служит тебе и радует.

— Ну я даже не знаю…

— Бери-бери.

— Буду с ней в театр ходить, - мечтательно произносит Лера. - И в оперу.

— Это без меня, - замечает Сашка.

— Что ты имеешь против оперы?

— Я имею.… все! Был пару раз. Чуть не сдох от тоски. Хотелось выть, как собаке, на луну.

— Ой, все! - Лера закатывает глаза. - Если я захочу в оперу…

— Да куда я денусь, - ворчит Сашка.

— Каблук, - громко шепчет Борис.

— И чё?

— Ниче. Молодец.

Мы пьем чай. С пирогами.

А Лера - с сушеной таранкой. Саша разделывает, отделяет от косточек и аккуратно складывает мякоть ей на тарелку.

Я вспоминаю, как Борис в нашу первую встречу чистил для меня раков. Меня тогда так тронула его забота…

Кажется, это было так давно! Целая жизнь прошла с тех пор.

А на самом деле - всего два месяца.

Вот я авантюристка! В первую же встречу поехала с ним на мотоцикле. И не жалею. Ни капли. Несмотря ни на что…

— У меня гены. Я тоже двойняшка, - рассказывает Саша. - У меня есть сестра, с который мы родились в один день.

— С ума сойти… А у неё дети есть? - спрашивает Марина Антоновна.

— Сын Марк и сейчас она беременна.

— Да ты что!

— Но у неё ген двойняшек не сработал. Сработал у меня.

— Вот твои родители счастливые и богатые… Столько внуков!

— Они, кстати, тоже сейчас в Сочи.

— Правда? А почему вы их с собой не взяли?

— Да там… вообще компания человек на тридцать.

— Пусть все приезжают!

— Мам, ты это, поаккуратнее, - вмешивается Борис. - Они же приедут. Втридцатером!

— Пусть приезжают.

— Мне наш поселок очень нравится.

— И что?

— Кто знает, что с ним будет после приезда этой гастролирующей гоп-компании…

Все смеются.

Но я-то знаю, что в этой шутке всего лишь доля шутки…