Книга Зайка для Серого. Враг моего отца, страница 94 – Лина Филимонова

Фак.

Нет. Так не надо. Надо нежно.…

Целую Зайкину шейку, сдерживая порыв впиться зубами в горло. Прикусываю мочку, щекочу языком, аккуратно разогревая трепетную Снежнику. А хочется уже ворваться в нее и растопить жаром раскаленного члена…

Переворачиваю ее на живот и нависаю сверху. Не удержавшись, прихватываю зубами за холку. Моя! Моя самка.

Она подтягивает под себя колени и оказывается на четвереньках… Фак! Самая дерзкая провокация! Меня аж дергает вслед за членом, который уже почти ворвался…

Я раздвигаю сладкие булочки и засовываю… нет, не член. Язык.

— А-а-ах! - ахает Зайка.

И заливает меня сладким соком. Пью его, нежно раздвигая складочки, щекоча горошину и ловя потрясенные ахи и охи.

Чувствую, как губки набухают, как горошина все быстрее и жарче пульсирует, как моя Зайка выгибается в пояснице, бесстыдно подставляя мне всю себя…

Все. Я больше не могу.

Переворачиваю ее на спину. Так будет нежнее. Так я причиню меньше вреда.

Влажная, узкая и горячая.… Крышесносная! Я медленно вхожу, пульсируя от головки до яиц. Держу себя за шкирку, чтобы не долбиться, а нежно любить. Стараюсь… очень стараюсь быть чувственным эльфом.

— Сереж, ты устал? - шепчет Снежинка.

И нежно гладит меня по щеке.

Что, бля?

— Можно не сегодня…

Ч-чего?

Зайка подбадривающе улыбается. А сама двигает бедрами, пытаясь сильнее насадиться на мой член.

Пиздец.…

— Тебе не больно? - на всякий случай уточняю я.

— Нет.

— Это не опасно в твоем положении?

— Нет. Врач же сказал: можно.

— Он сказал: без лишнего фанатизма.

— Но он же не говорил: “на полшишечки”.

Что, бля? Она откровенно издевается надо мной. Дерзит, хамит и напрашивается…

— Тебе конец, - шепчу я, резко входя по самое не балуйся.

— Ой!

— Ты сама напросилась.

— Ай….

Её ногти впиваются в мою спину. Да, детка! Давай. Царапай мою дубленую шкуру, кусай мои губы, кричи! Я хочу чувствовать тебя. Сильнее!

Я хочу, чтобы ты чувствовала меня. По полной. До самых гланд. Я хочу быть весь в тебе. Спрятать свою звериную ярость в твоей принимающей нежности…

Сажаю её на себя. Долблюсь снизу, лаская языком сосочки и проваливаясь в транс от её всхлипов и стонов.

— Сережа… Я.… Я… Боже! Что ты со мной делаешь?

Все, что хочу!

Я как будто присваиваю ее, помечаю своим запахом. Всем собой!

В ней уже прорастает мое семя… И это просто срывает мне башню.

Хрупкая девочка с трогательными ключицами. Страстная тигрица, располосовавшая мою спину.

Моя.

Моя самка. Моя женщина. Мать моего будущего ребенка.

Жена… Только она. Только Зайка. Я никогда не видел рядом с собой никакую другую женщину. Ждал эту.

Дождался…

Я извергаюсь в нее бешеным фонтаном. Теперь можно. Можно залить ее собой. Пометить. Навсегда.

Сжимаю ее в объятиях. Мы пульсируем на одной волне, дыша друг другом.

Моя. Не отдам. Никому никогда не отдам….

— Да никто и не отбирает, - шепчет она мне на ухо.

Я что, это вслух сказал? От усталости потихоньку проваливаюсь в сон.

— Пусть только кто-нибудь попробует. Растерзаю каждого.

— Конечно, конечно. Всех растерзаешь. Мой дикий зверь!

От ее нежных поглаживаний у меня щиплет в носу. Я окончательно поплыл….

Сергей

Я открываю глаза. Зайка сопит рядом. А мне очень надо выйти.

Освобождаю руку из-под головы моей сладко спящей девочки, которую будил три раза за ночь, чтобы страстно полюбить. Бедная, как она выдержала мой буйный адреналин?