Книга Котяра, страница 37 – Лина Филимонова

— Чего так?

— Я еще маленький! - срывается с моего языка. - Я не нагулялся! И я ничего такого не сделал.

— Чего ты не сделал?

— Ничего! Ну, поцеловал ее пару раз. И все!

— И все?

— Ага.

— Точно уверен?

Мля. А вдруг… А может… Может, у нас с Никой все же что-то было? Этим долбанным вчерашним вечером, который полностью выветрился из моей памяти. Да нет! Я бы знал. Я бы помнил. И она бы вела себя не так…

— Слушай, - устав трястись, наезжаю я на Варлама. - Что за предъявы? Я ее что, вчера трахнул у тебя на глазах?

— Не совсем. Но свидетели есть. И даже видео имеется. И документальные доказательства.

— Ч-ч-чего?

Видео? Моего секса с училкой? Оху… Еба… Я бы посмотрел, мля! Даже в этой патовой ситуации я очень хочу это увидеть.

— Я лично настойку не пил, но тоже пропустил кое-что очень интересное, - продолжает Варлам.

— Да?

— Ага.

— К счастью, моя жена не умеет хранить секреты.

— Яна? - зачем-то переспрашиваю я.

— Ага. Зайка. Другой у меня нет.

Мля… Эта беременная Зайчиха, предводительница всех бешеных овуляшек, мне вчера была как кость поперек горла! Так и знал, что она… Что они… Они что, со свечками стояли, когда у меня сорвало стоп-кран и я все-таки трахнул этот синий чулок?

И че, и че? - так и хочется спросить мне. Как это было-то? Она хоть разморозилась? Или я зря сейчас лишусь своей шкуры? И хвоста впридачу.

Варлам делает какое-то движение. Я дергаюсь и уклоняюсь. Он ржет.

— Смотри.

И протягивает мне свой телефон. Который я беру трясущимися руками.

Я вижу себя. На вид трезвый. И только глаза выдают, что я в полной бессознанке. Обнимаю училку. Фоном раздается голос:

— Согласны ли вы, Константин Кириллович…

— Да, - отвечаю я.

— Согласны ли вы, Вероника Андреевна...

— Согласна, - раздается голос училки.

Мля… Это что за нах? Спектакль? Подстава? Фотошоп?

— … объявляю вас мужем и женой.

Камера наезжает. Я засасываю училку. Она вцепляется в мою шею и постанывает. Я пытаюсь расстегнуть ее платье…

— Эй, давайте не будем начинать первую брачную ночь прямо здесь! - раздается голос Яны.

Или Сони. Или Юли. Да похрен!

В кадре бордовый бархат. Это платье той самой регистраторши, которая на свадьбе бухая терлась о байкерские штаны. Она что-то строчит в книге. Ставит печати. Наезд камеры на мой паспорт… Штамп? У меня в паспорте стоит настоящий штамп?

Охереть…

Видео обрывается. Я таращусь на Варлама. Его телефон выпадает из моих рук и падает на ковровое покрытие. Я наклоняюсь за ним. И чувствую, что меня капец как мутит. Выпрямляюсь. Хватаю бутылку минералки со стола и выпиваю залпом, облив рубашку.

— Не помнишь? - спрашивает Волчара.

— Н-н-нет! - заикаюсь я.

— Зайка призналась, что они взяли ваши паспорта. Потом вернули на место. Свой ищи в бардачке. В загсе все зарегано как положено. Регистраторша на следующий день проспалась и завершила процедуру.

Я сижу, молчу. Обхватил голову руками. Ничего не чувствую. В башке ни одной мысли. Меня как будто кувалдой огрели. Или той самой скалкой…

— Думай! - веско произносит Варлам.

— Ч-ч-чего д-думать-то?

Интересно, я когда-нибудь смогу нормально разговаривать? Или останусь заикой навсегда?

— Думай, что со всем этим делать.

— Л-ладно.

Кажется, прямо сейчас меня убивать не будут.

Я поднимаюсь. Иду к двери. И, уже когда берусь за ручку, за спиной раздается голос Варлама.