Книга Носорог, страница 76 – Лина Филимонова

И заползает под одеяло. Но ненадолго.

— Ты мне мешаешь! — Мышкин носик снова снаружи.

— Интересно, чем?

— Громко дышишь.

— Ну извини.

— Ты, случайно, не устал сегодня ночью? — интересуется Соня.

Из-под одеяла показывается голое плечико. Ключица. Локоток… Если одеяло сейчас сползет еще ниже, у меня появится еще одна конечность, на которую можно опираться, стоя в планке.

— Наоборот, ночью я зарядился энергией, — объясняю я.

— Мы уснули в четыре утра!

— Я помню. И во сколько мы уснули, и что делали…

— А сейчас всего лишь девять!

— Уже девять.

А мой организм привык просыпаться в семь. И то, что мы на отдыхе, ничего не меняет. Я встаю рано, делаю зарядку — как привык. Вчера Мышка даже не проснулась и ничего не заметила. А сегодня я ей, видите ли, мешаю…

Я переворачиваюсь лицом вниз. Встаю на кулаки. Делаю несколько отжиманий. Потом замираю в горизонтальном положении, оторвав от пола левую ногу и правую руку. Отличное упражнение, развивающее силу, координацию и способность к равновесию.

— Как ты не падаешь? — с любопытством спрашивает Мышка. — Я так не могу.

— У меня есть дополнительная опора, которой нет у тебя.

— Какая еще опора?

— Догадайся.

Она пару секунд молчит, а потом восклицает:

— Серьезно?

— Абсолютно. Я же Носорог.

— Можешь поднять обе руки и ноги? И опираться только на рог? — смеется Соня.

— Могу перевернуться и посадить тебя сверху…

Я поднимаюсь. Рог поднялся давно.

— Иди ко мне, — шепчет Мышка, глядя на вздувшиеся боксеры.

— Я в душ.

С меня пот капает. Я не филонил, занимался в полную силу.

Мышка откидывает одеяло. На ней ничего нет. Естественно. Платье с блестками валяется на журнальном столике, трусики из ниточек свисают с прикроватного бра. Мы с ней вчера ночью так зажгли… В сто раз круче, чем на концерте, откуда мы сбежали сразу после поцелуя и шампанского. Хотя там тоже было неплохо. Во всяком случае, Мышка развлеклась. А мне приятно видеть ее счастливой.

Но еще приятнее видеть ее голой. В постели. С нежными розовыми сосочками, торчащими мне навстречу.

— Я потный, — говорю, приближаясь к кровати.

Она стоит на коленях среди подушек и разглядывает меня. А я — ее. Я сбрасываю боксеры. Вздыбленный рог тянется к ней. А она тянется губами к моему плечу и — слизывает каплю пота.

Меня пронзает дрожь дикого возбуждения.

— Тебе нравятся потные мужчины? — шепчу я, опрокидывая ее на подушки.

— Мне нравишься потный ты…

Мой рог уже между ее влажных складочек. Трется, ласкается, вибрируя от дикого напряжения.

— Ты такой сильный — Мышка гладит мои затвердевшие после тренировки бицепсы и трицепсы. — Такой весь… железный. Мужественный. Красивый.

— Я сейчас растаю, — шепчу я, наклоняясь и щекоча языком любимый розовый сосочек.

— Так хочу тебя, — шепчет Соня.

Меня не надо уговаривать. Я уже почти в ней.

— Презерватив! — вспоминает Мышка.

— Я знаю.

На самом деле я почти забыл… Обо всем на свете!

Достаю резинку, натягиваю, переворачиваю Мышку попкой кверху.

— Эй! — возмущенно пищит она.

Я уже в ней.

— Не нравится?

— А-а-ах! — выдыхает она. — Я просто…

— Что?

Я увеличиваю темп.

— Я… Я… — она пытается ответить, но дыхание сбивается, она стонет, задыхается, дышит часто и быстро.

Я немного замедляюсь.

— Что ты хотела сказать, моя радость?

— Я… хотела целоваться с тобой.