Книга Развод. Ты мне изменил, страница 25 – Виктория Вестич, Кира Вербицкая

— Амир… пожалуйста, не надо. Всё что угодно другое, но не мое тело. Мне нужна помощь, очень, но… это я не могу тебе дать, — мои руки дрожат так, что я едва могу удержать сумочку.

Взгляд Мурадова становится тяжелее. Просто невыносимо смотреть в его глаза и я не выдерживаю, опускаю голову.

— Так ты пришла не за мужа расплачиваться? А что же тебе тогда нужно? И что ты можешь мне предложить, помимо тела? — даже голос его давит, как бетонная плита.

— Карим… он изменил мне, но не позволяет мне уйти. Запер в доме, заблокировал счета, говорит терпеть любовницу и дальше с ним жить… про подделку документов я узнала только сегодня. Но даже не это самое страшное… — в горле пересыхает даже от короткого пересказа всего, что случилось совсем недавно.

Всего один день и мой мир перевернулся с ног на голову. Превратился из счастья в настоящий кошмар.

— Он сказал, что мой сын, на самом деле мне не родной, — едва заставляю себя выдавить главное, — Мне нужна помощь с тестом ДНК, поиском родного ребенка, если Карим спрятал его. А потом… сбежать от мужа куда-нибудь далеко, где он не сможет меня достать. Он угрожает и одной мне не справиться. Пожалуйста… мне не к кому больше обратиться, — чувствуя, как вся дрожу, умоляю я.

Мурадов усмехается, склоняет голову набок, сканируя меня взглядом.

— Всё ещё не слышу, что ты можешь дать мне за это, — безразлично тянет он, лениво вздёргивая бровь.

— Я… я могу работать у тебя. Неважно на какой должности, кроме… ты понял. И… всё. Ты можешь мне не платить, главное, чтобы у меня оставалось время на вторую работу, чтобы я могла подрабатывать… — бормочу торопливо.

Я понимаю, как глупо это звучит! Даже щёки горят от стыда. Но у меня и правда ничего нет… вообще.

В номере повисает тишина. Амир поднимается и делает шаг ко мне, а затем ещё один и ещё. Молча и медленно. Словно хищник, который приметил жертву и сейчас нападёт. Столько времени он выжидал, а теперь наконец вышел из засады и загоняет меня в угол, в безвыходное положение.

— Амир… не надо, я умоляю… — горло сдавливает спазм, я больше ничего не могу сказать и делаю шаг назад.

Он наступает, а я пячусь. До тех пор, пока не вжимаюсь всем телом в дверь номера, запертую человеком Мурадова. Обе руки Амира отрезают пути отхода, когда он упирает их с двух сторон от моей головы, нависая скалой.

Бежать некуда. Совсем.

Он склоняет свое лицо всё ближе и ближе.

Нет… нет! Неужели он заставит меня заплатить так и никак иначе??

Чувствую дыхание Амира на своих губах и зажмуриваюсь от его невозможного взгляда. Сжимаюсь, становлюсь просто невероятно маленьким комочком, надеясь избежать расплаты за грехи своего мужа.

И…

— Бу.

Я крупно вздрагиваю от резкого звука и от шока распахиваю глаза. И в ту же секунду Амир отстраняется, посмеиваясь низким грудным голосом.

Ему весело?! Он… смеётся от того, как я сжалась и дрожу из-за того, чего на самом деле… и не было бы? Он просто меня напугал??

— Ну и лицо ты сделала, — фыркает Мурадов и возвращается обратно к креслу.

Рядом с ним стоит стеклянный столик с бутылкой и стаканом с толстым дном. Он наливает в него янтарной жидкости и выпивает легко, как воду. Хочется поморщиться — ненавижу алкоголь. Но я переключаю внимание на Амира и растерянно спрашиваю:

— Что?