Книга Развод. Ты мне изменил, страница 66 – Виктория Вестич, Кира Вербицкая

Как и мысли о том, что Марина до сих пор женщина Булатова. Но скоро я это решу.

— Ты думаешь, что я настолько сумасшедший?! Я их обоих люблю. — Карим перебивает меня, вижу, как его рука вздрагивает, а вены на шее вздуваются. На нём нет даже куртки, он ведь был в машине.

Кругом небольшой слой снега. Нас вдруг обдувает ледяной ветер.

Кажется эта морозная свежесть и чистота скоро будет испачкана в багровых пятнах нашей ярости друг к другу.

— Да! Ты сумасшедший. Ты готов был превратить жизнь Марины в ад из-за своих ошибок! Если бы не я, даже не знаю, что бы её ждало с таким уродом! — моё терпение на исходе.

— Эмоции берут вверх, я осознал ошибку. Сына я тебе не отдам, жену тоже. И раз ты не хочешь мне верить и сотрудничать с тем, чтобы обрушить вместе гнев на того, кто действительно виноват… что ж… — Карим делает ещё один шаг назад и взводит курок в секунду, как это было сделано мной ранее.

Не выдерживаю. Эти слова рушат последний процент моего желания разговаривать с Булатовым.

У того самого места, где погибла моя сестра, звучит громкий выстрел.

— Ты никогда не получишь Марину назад! Она заслужила счастья со своим сыном и без тебя! И Руслана я у тебя заберу! — взбешённо рычу и первым стреляю я.

И хоть Карим успевает увернуться, я не позволяю ему сделать хоть что-то в ответ.

Налетаю на него взбешённым быком и валю тем самым на землю. Выбиваю пистолет в сторону. А затем бью кулаком прямо в челюсть. Со всей силы, желая просто забить его голыми руками.

Бью второй раз и алые пятна брызгают на белоснежный снег.

Хочу ударить в третий раз!

Но снова, у того самого места, где погибла моя сестра, звучит громкий выстрел.

Резкая боль пробивает моё тело, а ткань одежды пропитывается алым.

— Чёрт! — чертыхается Сергей и выскакивает из только что остановившейся машины, прихватывая с собой оружие.

А у меня словно весь мир замирает перед глазами. Я обещала, что не буду мешать, что не выйду из машины, буду ждать в ней, даже приготовила аптечку, если что. Но она валится с колен, стоит увидеть то, что происходит.

Я готовилась, но не готова к такому. Совсем не готова.

Алые капли запачкали белоснежный снег… и рубашку Амира. Нет, не просто запачкали, они пропитали весь рукав. Насквозь.

Амир ранен! Ему больно! Он машинально тянется к плечу, куда выстрелил Борис, только что выскочивший из засады. И стоит Сергею вытащить пистолет, как Борис стреляет уже в него раньше и лишь из-за чуда не попадает в Сергея.

Тот едва уворачивается и прячется за деревом. Начинается перестрелка. Но меня волнует не она…

Карим. Мой монстр-муж пользуется секундной слабостью Амира и бьёт ему кулаком прямо в лицо! В мгновение ока они меняются местами и теперь уже Булатов, весь избитый, сам сидит сверху и месит лицо Мурадова кулаками.

Я уверена. В честном бою Амир бы точно победил, точно смог бы защитить меня, Матвея и Руслана…

Но выстрел Бориса пришёлся слишком внезапно, в рабочую руку и полностью выбил из колеи. Всего на секунду. Но эта секунда слишком дорога…

Не могу. Я не могу на это смотреть! Карим так жесток! Сердце сжимается так сильно, что отдаёт болью в груди. Глаза наполняются слезами и я выскакиваю из машины раньше, чем успеваю придумать хоть какой-то план.

— Карим, нет! — кричу я не своим голосом, когда мой монстр-муж вдруг хватает в руку камень.