Книга А в Ростове снова дожди, страница 87 – Юлия Бузакина

— Куда ты собралась? – вскинулась в беседке у пруда мать.

— Гулять, – застегивая персиковую сумочку, безразлично пожала плечами Вика. – Или ты мне теперь и выходить на улицу запретишь?

— Это украшение на шее смотрится вульгарно! Где ты его купила?

Вика не ответила.

— Чтобы в десять была дома!

— Приду, как получится, – она передернула плечами и зашагала в сторону ворот.

Психоаналитик сжала в руках бокал красного вина с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

— Я не смогу ее удержать от ошибок, – наблюдая за тем, как дочь садится в черную тойоту Владимира, сокрушалась Юлия. – Она сама летит в пропасть!

— Так оставь ее в покое, – лениво потягивая вино, хмыкнул Егор.

— Я не могу! Она повторяет мой путь! Она делает все точь в точь, как я! Только усугубляет это проблемами с Ириной Викторовной! Ее еще и из магистратуры выгонят!

— Каждый должен пройти свой путь сам. Не ты ли это говорила мне еще недавно?

— Егор! Это моя дочь! Здесь психоанализ прекращает свое действие!

Проговаривая эти слова, она расписывалась в собственном бессилии. И совершенно не знала, как все вернуть на свои места. Ее дочь внезапно выросла и перестала подчиняться.

* * *

Вова привез Вику в Ростов, на Театральную площадь. Он заранее заказал столик в ресторане «Ялла». Перед входом в ресторан у Вики перехватило дыхание – к тому времени, как они прибыли, начало смеркаться и вокруг территории мягко мерцали полторы тысячи светящихся роз. На сцене ресторана пели музыканты. К их приходу столик уже был сервирован и украшен свечами.

Они заказали ароматные бараньи ребрышки с овощным соте и золотистым картофелем, капрезе с Моцареллой, томатами и соусом и шампанское Мартини Асти.

— Мы еще ни разу не приходили сюда, – Вика улыбнулась и коснулась его руки.

— Если бы ты не устроила истерику на прошлой неделе, мы бы сюда попали.

Он посмотрел на нее и тоже улыбнулся. Прошло всего два месяца с того момента, как они начали встречаться, а Вика очень изменилась. Исчезло это глупое, угловатое ребячество, почти подростковое противостояние всем вокруг, страх близости. Всему этому на смену пришла мягкость и нежность. Вика превратилась в очаровательную женщину. Именно такой он видел свою идеальную спутницу, с которой хотелось быть всегда. От мерцания кристаллов в ее голубых глазах он терял голову. Ему казалось, время останавливается, когда она сидит напротив. Он не лукавил, говоря, что любит ее. Он действительно полюбил.

— Я рад, что тебе здесь хорошо, – Владимир приподнял свой бокал с шампанским. – За твою красоту.

Она посмотрела на него, улыбнулась и тоже подняла свой бокал.

— Знаешь, сейчас мне кажется, что все, произошедшее в последние два дня – сплошное недоразумение. Какая разница, о чем думает моя мама или Ирина Викторовна? Главное, что ты здесь, рядом со мной. Ты и я – вот самое важное, что может быть.

— Верно, – он взял ее руку и прикоснулся губами к красивым пальчикам с нежным маникюром персикового оттенка.

Официант принес горячее блюдо и салат.

— Бараньи ребрышки выглядят аппетитно, – потянулась за приборами Вика.

— Ты даже не станешь придираться к официанту? – с усмешкой приподнял бровь Владимир.

— Зачем? Егора же рядом нет, – рассмеялась она.

— А Егор действительно выглядит, как плейбой с обложки журнала, – придвигая к себе блюдо, покачал головой он. – Впрочем, если он устраивает твою маму, я не имею ничего против.