Книга Его исчезнувшие, страница 55 – Юлия Бузакина

Вдруг замирает.

— Надя, можно я посмотрю на твою дочь? Хоть одним глазком?

Я улыбаюсь:

— Можно.

Приоткрываю дверь комнаты. Тихонько работает телевизор, идут мультики, а Василиса безмятежно спит, раскинув руки в стороны.

— Какая милаха, — шепчет Лиза, и я слышу, как дрожит ее голос. — Боже мой, как же я всегда хотела дочку…

Она переводит на меня полные слез глаза.

— У меня есть племяшка, надо же! Как ее зовут?

— Василиса, — улыбаюсь я.

— Василиса… красивое имя. Все, провожай меня.

Я провожаю ее до двери. Теперь уже окончательно. Мы снова обнимаемся.

— Я сделаю все, что в моих силах, — шепчу на прощание. — Обещаю, ты будешь свободна от этого подонка.

— Береги себя, Надя, — шепчет в ответ она. Уходит, не оборачиваясь.

Я запираю дверь на все возможные замки. Сижу на кухне и таращусь на папку, которую принесла Лиза. Страшно так, что стучат даже зубы. Я все жду, когда работающие на Дамира отморозки выбьют дверь и вломятся сюда, чтобы забрать этот проклятый документ, благодаря которому Дамиру светит реальный срок.

Но проходит час, другой, а никто не приходит. Я прихожу к выводу, что Лиза оказалась права. За ней никто не следил. Дамир суетился и не проверил мусорное ведро после шредера. Скорее всего, он просто спалил содержимое и уехал.

Я возвращаюсь к дочке. Ложусь рядом с ней, и до самого утра не могу заснуть. Лежу, таращусь в потолок и прислушиваюсь к каждому шороху. Перед глазами стоит папка с документами, которую просто необходимо доставить завтра Марату.

Гул в больничном коридоре постепенно стихает. Близится вечер, а по вечерам здесь только дежурный персонал. После перевязки и беседы с лечащим врачом мне удается задремать.

Во сне я вижу дочку. Василиса с интересом меня рассматривает, трогает маленькими пальчиками. Я подхватываю ее на руки. Она щупает мою колючую щетину.

«Ты — папа?» — спрашивает недоверчиво.

Я киваю. И почему-то ком в горле…

Просыпаюсь. За окном почти стемнело.

«Надя ведь ее не доносила до положенного срока… и все из-за меня! Как же я был слеп! Как теперь искупить свою вину перед ней? а перед дочкой? Как все загладить?!»

Ерзаю в панике по кровати.

В телефоне мерцает новое сообщение.

Открываю. От Нади. Они с Василисой сделали селфи и прислали. На фото мои девочки улыбаются.

«Мои девочки», — повторяю мысленно, пытаюсь привыкнуть к новому статусу, теперь уже официально, как настоящий отец.

«Привет», — печатает сообщение Надя. — «Я сказала Ваське, что ты ее папа. Она очень волнуется. Ждет встречи».

«Привет. Я тоже волнуюсь», — пишу ответ.

«Она принесет тебе печенье. Пекла сегодня с Варварой, нашей соседкой, пока меня не было».

«Я очень вас жду. Даже не знаю, как пережить эти долгие часы ожидания».

«Мы тоже ждем. Наверное, сегодня не смогу заснуть», — пишет Надя.

Сердце бьется с неистовой силой. Я по ним скучаю. Даже физически ощущаю боль от того, что нас сейчас разделяет расстояние.

«Люблю тебя», — пишу ей признание. С придыханием жду ответ, но Надя почему-то медлит. Я замираю. Почему? Неужели…

«Тоже тебя люблю», — летит ответ, и я выдыхаю. Любит. А значит, у нас с ней есть шанс. Сберечь то, что осталось, и приумножить. Ведь так?

«Как только выйду из больницы, сразу же отвезу ее в Загс и снова надену обручальное кольцо на палец. Не надо никаких пышных церемоний, сейчас это будет просто формальность», — тут же обещаю себе.