Книга Выскочка, страница 127 – Юлия Бузакина

— Это точно наша мама? – испуганно осматривала крест Лера.

— Да, здесь все написано, – склонившись над фотографией, пробормотала Берта.

— Ты приходила сюда?

— Ни разу после похорон.

— А я приходила в прошлом году. И этого всего не было.

Они убрали мусор, положили на могилу цветы и сели на лавочку.

— Там внизу подпись, – вдруг заметила Лера мелкие буквы возле обновленной фотографии.

«Аня, мы помним и любим», – гласила подпись.

— Кто это мог написать?

— Не знаю, – пожала плечами Берта. – Возможно, у нее были друзья, которые не сочли нужным оповестить нас с тобой о том, что поставили ей оградку.

— Я даже догадываюсь, кто это, – вздохнула Лера.

— Ну, да ладно. Все меньше расходов. Не придется в долги влезать,– меркантильно подвела итог их похода Берта.

А Лера подумала, что отныне в ее жизни будут только картины. Если бы не сестра, она бы собрала вещи и уехала в Краснодар навсегда. Но Берта сидела здесь, рядом, и бросить ее у Леры просто не хватило мужества.

Лера стояла в мастерской Александра Даниловича и рассматривала в окно солнечный пляж. Кофе в пластиковом стаканчике давно остыл, а она все смотрела на берег. Она думала про Андрея. Про жуткую трагедию, которая развела их пути в разные стороны. После ссоры в день переезда он ни разу не дал о себе знать. Лера знала, что он ждет, когда она сама сделает первый шаг ему навстречу. Ей хотелось вернуться к нему. Пару раз она даже садилась в машину, чтобы съездить в «Преображение», но страх перед его гневом в самый последний момент останавливал ее. С каждым днем разлука становилась все невыносимее. А сегодня боль в сердце стала совсем нестерпимой. И Бог с ней, с этой некрасивой историей, случившейся много лет назад. Лера вздохнула, отодвинула от себя кофе и вернулась к миниатюре, над которой работала.

Ближе к вечеру она собрала свои вещи и вышла из мастерской. Сердце переполняла тоска. Домой идти не хотелось. Она медленно брела по набережной, разглядывала небольшие волны, залитые золотом послеполуденного солнца камни, пестрые наряды туристов. Не удержалась и зашла в один из магазинчиков женской одежды. Среди многообразия платьев отыскала длинный сарафан с яркими розовыми цветами и зеленой травой на фоне летней ночи.

— Вам очень идет! – восхищенно любовалась ее отражением в зеркале такая же случайная покупательница, как и она. А Лера вдруг улыбнулась, представив, как приедет к Андрею в этом красивом сарафане.

Дома ничего не изменилось. Берта сидела на деревянном пороге с кружкой чая в одной руке и с сигаретой в другой. Заметив сестру, она оживилась.

— Как дела в мастерской?

— Ничего. Рисую понемногу, – присела Лера рядом, прижимая к груди пакет с новеньким сарафаном.

— А я сегодня полдня с розами провозилась. Не знаю, удастся ли вернуть саду былое величие?

— Берта, знаешь, я тут подумала, наверное, съезжу к Андрею в «Преображение» вечером, – быстро выпалила Лера, страшась, что у нее не хватит мужества до конца произнести эту фразу.

— Что, старая любовь не ржавеет? – хмыкнула сестра. – Нужен он тебе?

— Я люблю его. И если рассудить здраво, его вины ни в чем нет. Он не говорил мне про мать, потому что боялся потерять меня. Поэтому так торопился увезти отсюда. А сейчас он остался один. И я, продолжая жить здесь, предаю его.