Книга Олигарх, страница 17 – Юлия Бузакина

Позвонила бабушка. Сама. Видимо, почувствовала мою нервозность.

— Ксюша, ну, как первый эфир? Знаешь, у меня сердце не на месте. Все кажется, может, не нужна тебе эта работа на телевидении?

— У меня теперь другая работа, ба. Нет никакого телевидения.

— Какая такая другая работа? — насторожилась она.

— Не очень обременяющая, но щедро оплачиваемая. Иру помнишь?

— Эту вертихвостку? Конечно, помню! Девушка-беда, а не подруга! Того и гляди, вляпаешься с ней в очередную нехорошую историю!

Ух, как бабуля права… но ничего не поделаешь. Договор на год я уже подписала.

— Ира позвала меня в свою компанию.

— К этим ювелирщикам, что ли? Да там одни бандиты работают, Ксюша! Что тебе делать среди них?

— У них хотя бы зарплаты платят, — вздохнула я.

— И кем ты туда устроилась?

— Финансовым аналитиком, — солгала, даже не моргнув. «Анализировать чашки кофе по утрам», — тут же добавила про себя с ядовитым сарказмом.

— Ого… И, что, тебя взяли? Без опыта работы? — дотошно допытывала меня бабуля.

— Да. На испытательный срок. Как сказал их генеральный, красные дипломы на дороге не валяются.

— Не нравится мне все это, Ксюша.

А как мне не нравится, бабуленька… если бы ты знала!

— Ба… скажи, с папой все в порядке? — желая как можно быстрее перевести тему в безопасный режим, спросила я.

— А что не в порядке?

— Нам тут из поликлиники звонили…на домашний телефон… — снова придумала ерунду я.

— И… что?

— Скажи, ты знаешь, что у него не все в порядке?

— Значит, сказали тебе, сволочи… — тихо проговорила она. — Какого черта, спрашивается!

Внутри что-то оборвалось и гулко ухнуло вниз. Значит, правда все про папу.

— У него рак, да? — едва слышно прошептала я.

— Рак, Ксюшенька… и опухоль не операбельна. Врачи сказали, нельзя ничего сделать. Слишком поздно мы спохватились. Она в таком месте, что кровотечение потом не остановишь.

— И что же…теперь делать?

— Ничего. Жить дальше, пока возможно.

Я уронила телефон себе на колени и закрыла лицо руками. Все внутри сжалось, скомкалось в один жуткий комок, и теперь уже не было никакой возможности разжать себя обратно.



В отличие от Тихонова, Маша оказалась очень милой и отзывчивой. Несмотря на свое состояние, она до четырех часов дня терпеливо разъясняла мне, где и что лежит, и как надо составлять нужные письма и документы. Надо ли говорить, что в моей голове была сплошная каша даже после ее долгих пояснений? Всю оставшуюся неделю я косячила так, что Тихонов скрепел зубами в мою сторону и разве что не матерился.

Работа секретарем — непыльная и легкая? Черта с два! К концу второй рабочей недели я чувствовала себя взмыленной лошадью на скачках. А еще я все время ошибалась в документах. Бедная Маша уже нервно вздрагивала от моих истеричных сообщений в вайбере, а я все также плавала в понятиях и папках на рабочем столе.

— Ксения! Договора на магазины лежат в папке с пометкой «срочно»! — орал в переговорное устройство Тихонов в пятницу вечером. — Открой папку и просто вбей новые даты, а потом распечатай и принеси мне на подпись! Курьер ждет!

Готовая в очередной раз провалиться сквозь землю, я упорно искала на рабочем столе, пестрящим ярлыками, слово «срочно». Ярлыки плыли перед глазами, но нужная пометка никак не хотела попадаться на глаза. Готовая разреветься, в последний миг я ее все же увидела и быстро кликнула мышкой, опасаясь, как бы она не исчезла снова.