Онлайн книга «Олигарх»
|
Она подошла к столу, поставила перед ним поднос и села напротив. Плечи опущены, а в глазах застывший ужас. — Там… запах… — сказала, и губы задрожали. — Что? Какой запах? — непонимающе приподнял бровь Тихонов. — Запах умирающих людей. Их там десятки… я никогда не видела столько умирающих людей сразу… Они смотрели на меня с такой обреченностью, с завистью, что ли… что я живая… что здоровая… Всхлипнула, и слезы покатились ручьями. — Отставить истерику! — от неожиданности подскочил в своем кресле Тихонов, и образцы разлетелись по столу. Подбежал к ней и схватил за плечи. — Через двадцать минут чехи приедут, Ксюша! Нельзя плакать! Тушь потечет! — Д-да, я знаю… знаю, что нельзя… — неловко растирала слезы по щекам она. — Просто страшно очень… — А кроме запаха, что ты там выходила? — продолжая впиваться пальцами в ее хрупкие плечи, спросил он. — Квоту нам не дадут. Мы не проходим по условиям… А лекарства слишком дорого стоят… — Сколько? — Сорок три тысячи надо заплатить… бабушка сказала, надо квартиру продавать… А я думаю, если квартиру продать, то где же мы жить будем? — всхлипывая, бормотала Ксюша. — Так, немедленно возьми себя в руки! Как там, у ринга! Ты же стояла рядом со мной, помнишь? Хоть и чувствовала себя ужасно? — Помню, — удивившись, что он знает о том, что ей было нехорошо, когда смотрела на лежащего без сознания боксера, закивала она. — Вот и сейчас, Ксюша. Соберись! Слышишь? Иди в дамскую комнату и немедленно умойся. Вернешься, готовь чай-кофе для чехов. Они приедут в количестве пяти человек. На пять персон накрыть столик вон там, в углу, надо будет. Ясно? Она посмотрела на угловой кожаный диван и стеклянный журнальный столик, и закивала. — И улыбаться надо будет, поняла? Особенно, когда договора им подсовывать на подпись будем. Так, будто ты счастлива их видеть. Она снова закивала и поднялась со своего места. Скрылась за дверью, и он выдохнул. Подошел к окну, задумчиво потер гладко выбритый подбородок. Осень больше не радовала погодой — за окном накрапывал противный дождь. Тихонов рассматривал мокрый проспект, грязные лужи, и на душе скребли кошки. Выгонять Ксению расхотелось. Куда она пойдет? Чехи уехали в начале седьмого. Тихонов, довольный результатами переговоров, вышел их проводить. Вернулся через пятнадцать минут. Ксения сидела на своем месте, перед выключенным экраном компьютера. Чистая посуда была спрятана в шкаф, договора аккуратно сложены в папку, а в его кабинете не осталось следов от чаепития. — Ты хоть ела сегодня что-нибудь, Ксюша? — остановившись возле ее стола, спросил он. — Нет. Не хочется, — покачала головой она. — Можно, я пойду, Руслан Георгиевич? Сбербанк еще час работает. — Не надо тебе в сбербанк, — покачал головой он. Залез во внутренний карман роскошного пиджака и протянул конверт с деньгами. — Я не возьму, — испуганно отодвинулась от него она. — Не надо, пожалуйста. — Скажешь своей бабушке, что кредит взяла, — запихивая конверт ей в сумочку, буркнул он. — И хватит уже упрямиться. Поехали, поужинаем где-нибудь. Ты китайскую кухню любишь? — Не знаю, — в глазах мелькнула растерянность. — Тогда бери пальто, сумочку и поехали, — кивнул он. — Будем есть утку по-Пекински. |