Книга А мы с тобой не чужие, страница 83 – Юлия Бузакина

— Даша, заканчивай этот цирк. — Сергей предупредительно смотрит на меня. Кладет руки на плечи Данила, определяя границы. — Поиграли, и хватит. Мы возвращаемся домой. Ты, я и Даня. Мы семья, Даша.

— Какая вы семья? — внезапно на передний план выходит мой папа. До этого он сохранял молчание. — Ты дочь мою опозорил, ребенка на стороне сделал! В твоем офисе Дашу заживо похоронили, а ты и не заметил! Ворошишь ее раны, вскрываешь их снова и снова! Какая после этого может быть семья?!

— Мой офис и мой ребенок не имеют никакого отношения к делу! — злится мой муж.

— Не имеют?! А почему тогда Даня говорит такое про сестру?

Я отступаю на шаг от Сергея и Данила. Смахиваю слезы с щек. Молчу. Мне больно. Очень.

— Дань, ты должен знать, что мы с папой разводимся. Он меня предал, и я не смогу с этим жить, — произношу твердо. — И та девочка, что тебе навязали в Сочи — не наша Ангелина. Это другая девочка. Папа и бабушка тебя обманули.

— Да что с тобой, Даша?! — Сергей делает шаг вперед, расстояние между нами сокращается. — Достало уже это твое упорство! Развод тебе никто не даст, неужели ты это не усвоила? Все, поехали домой!

Хватает меня за руку.

— Прекрати! Отпусти! Пусти меня… — я захлебываюсь от слез. — Все кончено, Сереж. Нас больше нет, смирись!

— Мама! Мамочка, поехали домой! — Даня виснет на мне и тоже начинает плакать.

— Отпусти ее! — вклинивается между нами Новиков. Отталкивает меня и сына себе за спину. Они с Сергеем оказываются лицом к лицу.

— Ты че, щенок? Угрожать мне будешь? — Сережа изумленно смотрит на соперника. — Да у тебя никакого права нет на эту женщину! Она и ребенок мои!

— То, что ребенок твой, не дает тебе права распускать руки, — летит колючий ответ.

— То есть, это нормально? — Сергей поворачивается к моим родителям, которые успели вскочить из-за стола. — При живом муже звать в гости любовника дочери?

Мой папа выходит вперед.

— Нормально, если муж оказался подонком. Запомни, Сергей — Даша с тобой никуда не поедет! Не сейчас, ни потом. И дешевые трюки, которые ты проворачиваешь с ребенком, не помогут вернуть мою дочь. А тебя, Даша, если сейчас с ним пойдешь, я не прощу!

Воцаряется молчание.

Я стою между Андреем, папой и Сергеем, и прижимаю к себе Данила. По щекам текут слезы. Мой маленький, избалованный папой и изнеженный мамой мальчик! Мой единственный ребенок. Тебе уже успели навязать сестричку, и ты безоговорочно принял папин грех.

Даня робко поднимает на меня свои зеленые, как у отца, глаза. Смотрит на меня полным непонимания и отчаяния взглядом.

— Мамочка, умоляю, поехали домой… — произносит хрипло. — Я же спать без тебя не могу, мама…

— Данил, мы остаемся на даче у бабушки и дедушки, — качаю головой.

— Да что здесь делать, мам?! — взрывается сын. — Тут же ничего нет, только телевизор, и тот старый!

— Так на рыбалку сходим, пруд же недалеко? — пытается разрядить обстановку мой папа.

Даня хохлится. Выскальзывает из моих объятий.

— Дед, ну давай честно — я ненавижу рыбалку! Я терпеть не могу червей в земле копать, потом вставать на рассвете! Ты старый, ты мне дать уже ничего не можешь. Я хочу к себе домой.

Папе обидно. Я вижу, как дергается его челюсть. Мне тоже обидно за папу. Успел же Сережа вложить в голову ребенку гадости!