Книга Поцелуй меня на закате, страница 4 – Юлия Бузакина

— Нина, я позвонила Герману Алексеевичу. Завтра утром он вернется в город и сразу же к тебе заедет! – Из своего кабинета выглянула Элеонора. – Ты точно не запомнила номер машины, которая тебя сбила? Герман очень волнуется! Ты ведь знаешь, у него везде связи, он пробьет по базе данных в считаные минуты…

Я сжала бумажку с рецептом с такой силой, что побелели костяшки пальцев. У Элеоноры имелась досадная склонность преувеличивать факты и докладывать о них напрямую моему отчиму. К горлу подкатила тошнота. Так было каждый раз, когда упоминали Германа. Процветающий бизнесмен и брутальный красавец, Герман Алексеевич Карпов владел львиной долей медицинского центра «Эксперт» и безумно нравился женщинам. Моя начальница не являлась исключением. Но у меня были причины его ненавидеть.

— Меня не сбивала машина! Произошло досадное недоразумение! Для чего вы ему позвонили?!

— Ох, Нина, этот твой максимализм ни к чему хорошему не приведет! – обиженно фыркнула Элеонора. – Герман Алексеевич – золотой человек! Если бы не он, тебя бы никогда не взяли к нам в отдел!

Ее помощница Галина согласно закивала и загадочно улыбнулась.

— Золотой человек – не то слово, Элеонора Александровна! Приходит с подарками, комплименты говорит… Ах, не мужчина – мечта!

Она томно вздохнула и начала набирать что-то в компьютере.

«Золотой, как же!» – передернула плечами я, но спорить не стала. Было бесполезно спорить с женщинами, которые попадали под обаяние Карпова.

К счастью, меня никто не стал задерживать. Я забрала свои вещи и вызвала лифт, чтобы спуститься на подземную парковку.

Стальные двери распахнулись, и лифт выпустил группу из нескольких человек. Строгий дресс-код, важность во взглядах – я сразу определила, что это комиссия, которую так ждала Элеонора. А потом сердце оборвалось и ухнуло куда-то вниз: засунув руки в карманы стильного пальто, последним из лифта вышел Ян Бисаров. Пронзительный взгляд карих глаз полыхнул огнем по моим губам, спустился ниже, зафиксировал пятна на блузке, и Бисаров притормозил. На его суровом лице отразилось нечто похожее на удивление.

Я метнулась в лифт, нажала на нужную кнопку, и стальные дверцы захлопнулись, оставив Бисарова с комиссией на втором этаже.

«Когда ты перестанешь водить шлюх в отцовский дом, Сережа?!» – звенел в ушах его резкий голос. Нет, я так и не смогла забыть унижение, которому он подверг меня в доме отца.

Быстро спустившись на подземную парковку, я села за руль своего серебристого «Ниссана» и попыталась унять дрожь в руках.

«Не вороши, уже давно ничего не осталось. В тот день никто не выжил», – умоляла себя. Но сердце рвалось из груди от отчаяния.

Успокоиться получалось плохо, и я, плюнув на свое состояние, завела машину.

Продравшись сквозь пробки, через час я оказалась около дома.

Уже несколько лет квартира старшей сестры Сони была моим единственным пристанищем в холодном и сверкающем огнями мегаполисе.

Когда я вошла в квартиру, Сонька спала безмятежным сном после напряженной работы в своем магазине. Так она праздновала первый день отпуска – крепким, здоровым сном.

Не желая ее будить, я тихонько прокралась на кухню – нашу с Соней маленькую Мекку. Просторная, оформленная в одном из лучших дизайнерских салонов нашего города, эта кухня стоила баснословных денег и была достойна премии «Оскар». Здесь мы любили возиться с блюдами для Танюшки и подолгу болтать по душам за чашкой кофе.