Книга Офисный магнат 2, страница 14 – Юлия Бузакина

— Ладно…

Захожу в ванную. Снова тянущая боль в районе поясницы. Мне так страшно, что стучат даже зубы.

— Таша, – стучит в дверь Виктор. – Ты в порядке, малышка? Доктор сегодня как раз на дежурстве. Она сказала, собираться спокойно и не нервничать. Время еще есть, матка быстро не раскроется.

Боль пронизывает низ живота и поясницу. У меня трясутся руки. Мне страшно, дико страшно. Что, если мы не успеем? Если что-то пойдет не так? Безумно хочется позвонить маме или бабушке. Но будить бабушку в пять утра нехорошо. Она начнет нервничать, и у нее поднимется давление.

Через полчаса мы уже в больнице. Меня встречает персонал, быстро переодевают и подготавливают к родам. В предродовой я не выдерживаю, отправляю маме сообщение.

«У меня начались схватки. Я в больнице. Приезжай, пожалуйста».

«Тебя есть, кому поддержать и без меня», – прилетает ответ.

Вот и все ее слова в ответ на сообщение, что я в больнице и вот-вот стану мамой. Они больно бьют в самое сердце, и по щекам текут слезы.

— Не смей больше ей писать! – рычит Виктор и вырывает у меня из рук телефон. – Я запрещаю тебе, слышишь, Таша?! Запрещаю с ней общаться!

Я растираю слезы по лицу и чувствую себя полной дурой. Беспомощной и уязвимой.

— Я позвонил твоей бабушке, она приедет через пару часов, не волнуйся, – смягчается он и сжимает мою руку. – Пожалуйста, не думай о матери. У нее своя жизнь, у нас своя!

Новая волна боли выбивает всю сентиментальность. Мне уже все равно, что написано в ответном сообщении. Только бы дали что-нибудь обезболивающее.

Чем дальше заходят схватки, тем меньше мне хочется видеть Виктора рядом. Он нервничает, не хочет оставлять меня одну.

— Пожалуйста, уйди! Войдешь, когда родится! Я не могу… мне больно… очень больно…

Медсестра выталкивает его из палаты насильно.

— В родзал вернетесь, когда получим вашу девочку! А пока уходите. Не место мужу в предродовой. Мы здесь работаем. А вы мешаете жене и нам.

Боль такая невыносимая, что мне хочется лезть на стену. Я уже не контролирую свои крики.

— Как только идет схватка, сразу начинай дышать, – подходит ко мне нянечка. – Резать не можем, там вена, выход только один – самой.

— А Витя где? – хрипло интересуюсь я. – Неужели уехал?

— Нет, здесь. За дверью. Тоже белый весь. Доктор за валидолом пошла.

— Ай… мамочки…как же больно…

— Дыши!

— Поговорите со мной! Пожалуйста… – хватаю ее за руки.

Приходит доктор. Слушает слушалкой живот, озабоченно кивает.

— Еще один укол. Матка не совсем раскрылась. Как только раскроется, в родзал ведите.

Голова уже почти ничего не соображает. От боли я мечусь по больничной койке, и, кажется, сорвала голос от криков. Время тянется безумно долго, час за часом. Я не знаю, день или ночь за окнами.

— Раскрылась маточка… Давай, поднимайся, осторожно. В родзал пора.

Яркие лампы, запахи лекарств… И боль. Разрывающая, дикая.

— Тужься, моя девочка! Давай, давай! А то отец уже пятый час там за дверью ждет… – разговаривает со мной доктор.

На миг чувствую облегчение от того, что Витя рядом.

— И бабушка приехала.

— Мама? – уточняю в короткую передышку.

— Нет, бабушка… Пошла, снова тужься.

По щекам текут слезы. Она не пришла.

— Тужься! Потом наревешься, сейчас надо дочку вытащить! – кричит мне доктор. – Еще!

У меня больше нет сил кричать. Последние потуги – самое тяжелое испытание. Впиваюсь пальцами в ручки кресла.