Книга Брат моей подруги, страница 49 – Виктория Вашингтон

— Учись, Элин. И не оглядывайся назад, — отрезал он.

В трубке раздались короткие гудки.

Я медленно опустила руку с телефоном. Наша общая тайна, наш неисправный взрывной механизм, который мы держали вдвоем, наконец-то подходил к развязке. Софи скоро будет здорова. Моя мама спасена. Мой враг уволен, а я возвращаюсь в университет. Даниэль Дрейк вернул мне всё, что забрал, оставив меня абсолютно свободной.

Но глядя в темное окно ночного города, я понимала самую страшную вещь: эта свобода без него была для меня самым изысканным и мучительным наказанием.

* * *

Университетские коридоры встретили меня привычным гулом, запахом кофе из автоматов и шорохом сотен шагов. Но для меня всё изменилось. Я шла по знакомому паркету и ловила на себе удивленные, почти испуганные взгляды однокурсников. Новость о том, что профессор уволен со скандалом разлетелась мгновенно. Те самые люди, которые еще две недели назад шептались у меня за спиной и брезгливо отворачивались, теперь спешили поздороваться.

Мир вокруг остался прежним, но я сама стала другой. Внутри меня больше не было прежней неуверенности. Недели в изоляции, под ледяным, дрессирующим взглядом Даниэля Дрейка, научили меня держать удар и не показывать страха.

Я свернула к расписанию у главного холла, когда дорогу мне преградил силуэт, от которого еще месяц назад у меня болезнечно сжалось бы сердце.

Райан. Мой бывший парень. Человек, который изменил мне в самый тяжелый момент, когда моя мама попала в больницу, а меня саму начали выживать из университета.

Он стоял, небрежно прислонившись к колонне, пряча руки в карманы куртки. На его лице блуждала та самая уверенная, слегка наглая улыбка, на которую я когда-то купилась.

— Надо же, Элин, — протянул он, окинув меня оценивающим взглядом. — Всё-таки вернулась. А бедолагу, говорят, вышвырнули так, что он даже вещи из кабинета забрать не успел. На кафедре шепчутся, что за тебя впрягся кто-то очень влиятельный. Он же вроде прессовал тебя постоянно?

Я остановилась в шаге от него. Не дернулась, не отвела взгляд. Я смотрела на него в упор, чувствуя только легкое, почти брезгливое равнодушие. Каким же мелким и ничтожным он казался теперь по сравнению с масштабом человека, чей голос до сих пор звучал у меня в голове.

— Тебе что-то нужно, Райан? — мой голос прозвучал тихо, но так холодно, что его улыбка на секунду померкла.

— Да ладно тебе, не включай ледышку, — он сделал шаг ближе, понизив голос. — Я просто подумал... мы ведь расстались на дурной ноте. Я погорячился тогда. Сложный период, сама понимаешь. Может, кофе выпьем? Поболтаем. Расскажешь, как тебе удалось так перевернуть игру.

Он протянул руку, собираясь по привычке коснуться моих волос, но я перехватила его запястье. Мои пальцы сжали его руку резко, жестко, заставив его поморщиться от неожиданности.

— Не смей меня трогать, — раздельно произнесла я, глядя ему прямо в глаза.

Райан дернул руку, возвращая себе напускную уверенность, но в его глазах промелькнула злость. Он выругался сквозь зубы и сделал шаг назад.

— Ах вот как? — его лицо перекосило от уязвленного эго. — Гордая стала? Это всё потому, что ты теперь с этим... с Даниэлем Дрейком? Раздвинула ножки перед богатым сыночком, чтобы он решил твои проблемы с учебой и мамочкой, да? Думаешь, ты для него кто-то большее, чем очередная игрушка на пару недель?