Книга Любовь не предусмотрена, страница 18 – Виктория Рогозина

— Признайтесь, — сказала она, глядя ему в глаза, — вы ведь наслаждаетесь тем, что пугаете людей своим именем?

Лекс чуть наклонился вперёд. В его взгляде вспыхнула искра, хищная и притягательная:

— А вы — тем, что недооцененная.

Он поднял свою чашку. Она — свою. И в этой легкой тишине, между двумя усталыми бойцами, разными и похожими одновременно, прозвучал тихий звон фарфора.

— За мстительных дочерей и забытых сыновей, — произнёс он. — Мы с вами… весьма интересный дуэт, мисс Гордеева.

Лера сделала глоток. И впервые за долгое время почувствовала не одиночество — а начало какой-то опасной, непредсказуемой, но своей игры.

Лекс мельком взглянул на дорогие часы с кожаным ремешком и, вернувшись к разговору с ней спокойным, почти деловым голосом, сказал:

— На время работы над проектом я готов предоставить вам жильё. Ближе к офису, чтобы не терять время. Мы работаем в жёстких сроках, и я хочу, чтобы вы были в гуще событий. А сейчас… — он встал из-за стола и пригладил манжеты на рукавах пиджака, — пора ехать. Я введу вас в курс дела.

Лера моментально выпрямилась. Резкий порыв словно выдернул её из мыслей, она натянула на себя знакомую профессиональную маску — отточенную за годы в «Атланте»: прямая осанка, сосредоточенный взгляд, никаких эмоций. Она кивнула и спокойно, почти гордо шагнула вслед за Лексом.

Ресторан встретил их тихим гулом голосов, лёгким звоном столовых приборов. Никто не оборачивался — здесь богатые привыкли к присутствию власти и дорогих костюмов. Лекс шёл чуть впереди, но чувствовалось, что он ощущает её шаг, её присутствие рядом. Он открыл перед ней стеклянную дверь, выпуская Леру на залитый солнцем мрамор крыльца.

У дороги уже ждал автомобиль — чёрный, сверкающий, с тонированными стёклами. Водитель вышел, открыл заднюю дверь, и Лекс жестом пригласил её сесть первой. Лера скользнула внутрь, и почти сразу почувствовала, как за ней хлопнула дверь. Салон был просторный, мягкий, пах дорогой кожей и чем-то ещё — дорогим, глубоким… и откровенно мужским.

Лекс сел рядом, не слишком близко, но и не оставляя слишком много пространства. Он бросил коротко:

— В «Эриду».

Водитель молча кивнул, даже не взглянув в зеркало, и плавно вывел автомобиль на проспект. Машина скользила по асфальту, будто вода по стеклу — мягко, уверенно, не замечая кочек и ритма городского шума.

Лера сидела, сложив руки на коленях, и смотрела в окно, будто оттуда можно было найти ответы. На самом деле внутри неё всё сжалось в тугой ком. Сердце билось слишком громко. В ушах стоял глухой стук крови. Она ощущала рядом Лекса — его ровное дыхание, еле уловимый запах одеколона. Он был слишком близко, слишком реальный, слишком… настоящий.

Этот аромат — тёплый, пряный, с какой-то ноткой дерзости — пробирался под кожу. Он будто говорил: «Со мной играют по моим правилам».

Лера сжала пальцы чуть крепче. Она отвернулась к окну, чтобы не выдать дрожи, не показать, как её захлёстывают эмоции. Ей хотелось быть ледяной, собранной, неприступной. Ведь это был её шанс. Единственный. Может, последний.

— Я справлюсь, — шепнула она себе. — Я докажу им всем. Себе. Ему. Им. Всем.

Она вспомнила, как вчера сидела за родительским столом, как мать укоризненно глядела, как отец делал вид, что её не существует, а Алеся ворковала, строя глазки Шейдону. И как он, не глядя на сестру, смотрел только на неё — на Леру.