Книга Любовь не предусмотрена, страница 80 – Виктория Рогозина

Сердце кольнуло, но Лера быстро отогнала эти мысли. Зачем снова возвращаться в больное? Максим вставил ключ в замок, распахнул дверь и, как в детстве, весело крикнул вглубь квартиры:

— У нас гости! Ставьте чайник, встречайте звезду эфира!

На кухне пахло малиной, мятой и чем-то ещё родным, неуловимо тёплым. Вся семья Максима собралась за столом: Римма Викторовна нарезала домашний пирог, Оксана ставила перед всеми чашки с чаем, а Максим с пылающими глазами эмоционально пересказывал, как прошёл стрим. Он жестикулировал, смеялся, в красках описывал, как Лера «промахивалась по кнопкам», и как он «героически вытаскивал раунд за раундом».

— А чат что творил! — хохотал он. — Один вообще написал, что у Леры «реакция как у ленивца, но улыбка как у суперзвезды»! А потом — бац! — донат на полмиллиона. Мы оба опешили!

Оксана слушала с мягким выражением лица, подперев щёку рукой. Римма Викторовна довольно кивала, и от этого её серебристые волосы, убранные в пышный пучок, чуть закачались.

— Ты молодец, Лерка, — тепло сказала Оксана. — Правда. С тобой стрим получился живой, душевный.

Лера чуть смущённо улыбнулась, обхватив чашку обеими руками. Её щёки разрумянились от горячего чая и внимания.

— Спасибо. Это всё Макс вытянул. Я… так, фон.

— Скромничает, — фыркнул Максим. — Зрители в тебя влюбились, а ты говоришь «фон».

Римма Викторовна снисходительно махнула рукой:

— Влюбились, не влюбились — дело наживное. Главное, чтоб человек был настоящий. А Лера — настоящая. Вон, как внука моего прикрывала, как старалась. Видно, не просто так рядом.

Лера мягко рассмеялась, глядя в чашку.

— Как у тебя дела, милая? — вдруг спросила Оксана. — Где живёшь сейчас?

Лера на миг задумалась, затем тихо ответила:

— Пока у работодателя. Но ищу съёмное жильё. Хочется уже что-то своё, встать на ноги, стать независимой…

Римма Викторовна кивнула серьёзно, ставя перед Лерой ещё кусочек пирога:

— И правильно. Женщина должна стоять крепко. На ногах, на уме, на характере. Надеяться можно только на себя, милая. А всё остальное — как повезёт.

Максим ухмыльнулся, но промолчал, только откинулся на спинку стула, грея ладони о чашку.

Обстановка была почти сказочной — уютной, тёплой, как в книгах о добре. На фоне Римма Викторовна рассказывала о новой песне, над которой работала. Оказалось, она собирается участвовать в фестивале авторской музыки.

— Надеюсь, голос не подведёт, — с озорством сказала она. — А то молодежь нынче такая требовательная. Ходят с наушниками, и пойди их удиви!

Оксана с воодушевлением делилась впечатлениями о новом сериале:

— Представляете, героиня на шестидесятом году жизни пошла учиться программированию. И у неё начало получаться! Я прям вдохновилась.

Все смеялись, перебрасывались репликами, спорили о сериале.

Лера смотрела на эту небольшую кухню с облупленной плиткой, с затёртым подоконником, и вдруг поймала себя на мысли, что здесь — дома. Что эти люди, пусть не по крови, но по духу ближе ей, чем родная семья. И, наверное, это было единственно правильным и честным в тот вечер.

Лера смотрела на сцену пустым, выжженным взглядом. Ведущий — сухой мужчина в сером костюме — с деланным воодушевлением зачитывал итоги тендера. Его голос глухо отдавался в зале, будто доносился сквозь вату.