Книга Дочка красавчика университета, страница 2 – Юся Сташова

А вот Чернову впервые за столько лет удалось понизить мою самооценку одним своим недовольным видом и грубыми словами. Мне казалось, что любовь с первого взгляда и правда существует, но также быстро убедилась и в том, что такие, как Олег — мажоры и бабники, не достойны девичьих невинных сердец.

Я все еще помню этот день, как будто это произошло вчера.

Первое сентября я никогда не любила. Как и вливаться в новое общество.

Но я так сильно ждала начала занятий в художественном университете, что не могла не позволить себе красиво одеться. Белая рубашка с рюшами, черная плиссированная юбка, подчеркивающая мою талию. Добавила к образу жемчужные украшения в виде сережек и ожерелья, подаренных отцом на прошлое восьмое марта. Он любил задаривать нас с мамой подарками, лишь бы видеть наши улыбки.

Покрутившись перед выходом возле зеркала, я натянула улыбку, предвкушая косые взгляды в мою сторону. Нас полненьких никто не любит, думают, что так просто взять и похудеть, а у меня еще и чертова генетическая предрасположенность, от которой так просто не избавиться. Поэтому мне пришлось принять себя такой, какой я была. Красивой, со светлыми платиновыми волосами, которые я сохранила с детства по просьбе мамы, с румяными щеками, припухлыми губами и выделяющимися карими глазами, как у папы.

Мне было наплевать на мнение других людей, хоть их шутки внутренне обижали меня настолько, что я почти ломалась. Но я выбрасывала из головы ненужное, откидывала в дальний угол и шла вперед, заново выстраивая крепкую стену от задир, которым больше нечем заняться, как издеваться надо мной.

— Дорогая, пора ехать. Я уже завел машину, — папин задорный и уверенный голос меня вдохновил. Он бегал из кухни, где забирал обед, приготовленный мамой, в комнату, чтобы проверить, хорошо ли завязан его синий галстук, которым папа считал своим талисманом перед важными встречами. У него маленький бизнес, приносящий внушительный доход, а вот мама сидела домом, предпочитая заниматься шитьем, к которому тянулась ее душа столько лет, отданных медицине.

— Я готова, папуля! — настроившись на хороший день, я отправила самой себе воздушный поцелуй и подмигнула, отмечая, что у меня получилось красиво заколкой с атласным бантом закрепить пряди завитых волос.

— Поспешите. Еще же встреча с куратором будет, — мама возилась с папиным галстуком и психовала, сдувая надоедливую прядь, выбившуюся из небрежного пучка. Сегодня она остается дома, чтобы приготовить вкусный обед. Видимо надеется, что я в первый же день найду себе подругу, но я уверена, что чуда не произойдет. Со мной и в школе-то никто не дружил, предпочитая держаться подальше от толстушки Малышевой.

— Бежим, бежим, — папа нервничал не меньше моего.

— Лера, ты не забыла телефон или может…

— Нет, мам. Я все со вчерашнего вечера собрала еще, — с улыбкой на лице я потрясла перед собой небольшой сумкой, которую мне сшила мама своими золотыми руками.

— Вот и умница.

Она оставила на моей щеке легкий поцелуй, сжимая в ладонях щеки.

— Ты такая уже большая!

— Мам, — я закатила глаза, мягко отстранившись от нее. Она тоже любила частенько указывать на мой вес, виня себя в этом. Мол, они с папой плотного телосложения и вечно мучились от этого во время молодости.

— Я переживаю за тебя. Повтора школы не хотелось бы, — она всхлипнула, стирая слезы с щек.