Книга Девочка-мечта, страница 96 – Даша Коэн

Все.

Понимаю, сама виновата, но…мне, черт возьми, все равно было обидно до глубины души. Уж лучше натянутые рабочие отношения, чем вот это – когда мне молча указывают на мое место в его жизни. Хотя, о чем я говорю? Мне нет места в его жизни. Совсем!

Но, вопреки всему, я продолжала как заведенная таскать ему с утра кофе и сладкую выпечку. Вот только последнее я больше не покупала в кондитерских. Теперь, чтобы убить время и черные мысли, я готовила по вечерам сама: шоколадные кексы, домашний чизкейк без выпечки, блинчики или пышные панкейки. Или вот, как сегодня, мой любимый вишневый пирог.

Реакцию на мои презенты отследить было невозможно. Была и такая вероятность, что он все эти подношения вообще выкидывает в мусорное ведро, но…мне, черт возьми, нравилось, что я могу что-то делать для него. Пусть и так – совершенно инкогнито.

И так всю неделю. Его холод и мой горячий кофе.

А в пятницу, после обеда нас на ковер вызвал мой отец. Думала, что устроит нам допрос с пристрастием, как мы сработались, например. Но он задумал кое-что похуже.

— Так, у меня самолёт через четыре часа, следовательно, не будем долго расшаркиваться и интересоваться как у нас тут друг у друга дела. Ясень пень, все хорошо. Поэтому, вопрос в лоб. Кто из вас завтра свободен ближе к вечеру?

— Правильный ответ – «оба»? – поджимает губы Гордеев.

— Именно, Стас. Молодец, премию тебе выпишу в этом месяце.

— Вы уже, – пожал плечами парень.

— Да?

— Угу.

— Что-то я погорячился. А за что? – прищурился мой родитель.

— За Дальний Восток.

— А…точно. Там надо было, да.

— Да, – тянет Гордеев и отводит глаза к панорамным окнам, с видом на, затянутую смогом, Москву.

— Ладно, к делу. Завтра у Мещерякова день открытых дверей для своих в, только что отстроенном, «Инфинити-Сити». Будет вся бизнес-элита, ну там может какая певичка песенки попоет, шампусиком угостят, клубничкой. И нам надо там быть. У меня не получается, так как я улетаю до вторника. Арине бы там затусить и проникнуться атмосферой, а тебе, Стас, пробить Иванчука.

— Я его уже пробил, – монотонно выдает Гордеев и мой отец медленно, но напряженно выдыхает.

— Он будет там искать пути решения своих проблем, а это проблема для нас, Стас. Не тупи, пожалуйста.

— Да, пожалуйста, – и оба рассмеялись, а я посмотрела на них как на идиотов.

— Короче, вот вам пригласительные, – и протянул двумя пальцами по столу, тисненные золотом, черные карточки, – нужно будет приодеться. Без пафоса, но все же. Арина, тебе вечером Валера привезет цацки. Наденешь.

— Поняла.

— Ну вот и все, детки. Можете идти.

Стас прихватил пригласительные и чуть слышно почитал:

— Завтра в восемь вечера, – затем повернулся ко мне и спросил, – заеду за тобой в семь?

— Лучше встретимся уже там.

Согласно кивает и выходит из кабинета, а я остаюсь сидеть в кресле и тупо смотрю на отца.

— Ты что-то плохо выглядишь, дочь? – озадаченно хмурится мой старик.

— Да? Вот спасибо, – досадливо поджимаю губы и нервно перекидываю волосы с плеча на плечо.

— Не за что. Как тебе работается с Гордеевым? – пристально смотрит на меня.

— Как и всем, – пожимаю я плечами.

— Надеюсь, ты там без гонора?

— Надейся, – натянуто улыбаюсь, встаю и покидаю его кабинет, запоздало бросая из-за спины, – и удачи тебе в твоей поездке!