Книга Девочка-яд, страница 110 – Даша Коэн

— Девушка, меня уволят, если вы не прокатитесь, билет-то уже оплачен.

Было весело, если не брать в расчет то, что Аверин-скотина отчебучил уже после заезда. Как настоящий джентльмен помог мне выбраться из карта и снять шлем, а потом испортил всю картину, обнял меня, смачно поцеловал в губы и, смотря на все того же администратора, выдал:

— Такая злюка сегодня. И как я ее вообще терплю в своей жизни?

Боги! Мне хотелось его прибить прямо там же. Не знаю уж как удержалась, но только фыркнула и демонстративно гадливо отерла губы. Что в ответ? Очередная порция заливистого смеха.

В выходные было чуть легче. В гости к нам из Соснового Бора приехал дед Иван. Качал головой, видя очевидную роскошь дома Авериных, но с дядей Пашей общался легко, видя, что этот мужчина совсем другой, нежели мой родной и нерадивый отец – Дмитрий Довлатов. Да что там – тут просто небо и земля – другого сравнения и не придумаешь. А еще дед Иван уж больно пристально смотрел на Демьяна, потом на меня, поджимал губы и хмурил брови. Но сказать, ничего не сказал, кроме того, что задал мне, уже перед выездом в аэропорт, закономерный вопрос:

— Ярочка, детка, тебя твой сводный брат хоть не обижает?

— Не обижает, деда, – не моргнув и глазом соврала я.

— Ну и хорошо.

И уехал, а для меня началась очередная изматывающая неделя рядом с Ним.

В понедельник Аверин решил отдаться на волю странным философским размышлениям и вдруг спросил меня по пути в университет.

— Ясь, а вот ты мне скажи. А если бы я был толстым, страшным, прыщавым додиком, то ты тоже бы стала со мной играть в ту самую игру?

— Какую игру, Аверин? – вздохнула я и закатила глаза.

— «Разведи сводного» называется, – пояснил парень.

— Ах, эта игра. Сомнительно, – все-таки изрекла я.

— Ага. Тогда получается, что я тебя как парень все-таки заинтересовал и целоваться со мной тебе на самом деле было не так уж и неприятно, – разулыбался он.

— Совсем неприятно, Ян, – покачала отрицательно я головой.

— А я тебя ж не только целовал, Ясь. Я все-все помню, – потянул сводный упырь и я тут же вспыхнула от стыда.

— Замолчи! – закрыла я уши руками и зажмурилась.

— И знаешь какие выводы мне напрашиваются? – рассмеялся он, а я зарычала с досады.

— Не знаю и знать не хочу!

— А я все-таки тебе поведаю. Так вот, Яся, выводы таковы, что тебе настолько понравилось целоваться со мной, что ты даже не заметила, как мои руки побывали там, где…

— Заткнись! – закричала я, дыша рвано и сбивчиво.

Хохочет сволочь. Ему нравится моя реакция, а я ничего не могу с собой поделать, меня просто трясет всю от еле сдерживаемой ярости и всепоглощающего стыда за то, что я позволила ему непозволительное.

— Я трогал тебя, Яся. А теперь планирую хорошенечко все рассмотреть. Чуток подразнилась, но там ни в счет, я хочу больше.

— Отсохнет твоя хотелка, вангую!

И опять заржал, а потом, притормозив на красный сигнал светофора, потянулся ко мне, но успел только чмокнуть в щеку со словами:

— Боже, я тебя обожаю!

Вторник, среда и четверг не принесли мне передышки. Аверин конкретно зажимал меня по углам, дважды вламывался ко мне в спальню, один раз умудрился скрутить меня в углу, облапать и все-таки присосаться пиявкой к губам. Дважды пытался затащить меня в кинотеатр, но оба раза провалился. В четверг, после пар даже сподобился подарить мне букет нежно-зеленых и белых пион.