Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 123 – Дора Шабанн

Наше состояние позволяло мне баловать и любимую женщину, и мать, и дочь, которая росла умницей и вполне способна была в будущем помочь брату с управлением Холдингом. Ей нужно было просто набраться опыта.

А потом в стране наступили другие времена, начался передел сфер влияния и активные поиски крайних. И как-то так вышло, что, несмотря на все дружеские и не только услуги, которые я всегда оказывал своему покровителю, виноватым во всех грехах получился почему-то Вадим Владимирович Ермаков.

Помню Элин шок, когда за мной пришли прямо в день рождения.

Так-то, я постарался сделать всё, чтобы эти разборки не сильно затронули семью. Понятно было, что одной конфискацией не отделаться, но я, честно говоря, не планировал задерживаться за решеткой дольше, чем на период следствия.

Но вышло как вышло, и пришлось принимать решение уже исходя из сложившейся ситуации. Я должен был защитить Элину и детей.

Да, глупо, но я как-то нелепо лопухнулся с Борскими: Виктор вырос не бизнесменом и достойной сменой своему почтенному родителю, а хитрым, ушлым и изворотливым шантажистом.

Откровенно говоря, по жизни всех этих одноразовых девок, что время от времени у меня бывали для поднятия настроения, случайно, на спор, мимоходом или от злости, я даже за людей никогда не считал.

Так, товарно-денежный обмен, незначительные эпизоды, которые никакого отношения к моей личной и семейной жизни не имеют, и иметь не могут. А внезапно оказалось наоборот.

— Вадим Владимирович, вы же понимаете, что вряд ли Элина Витальевна, узнав о ваших периодических похождениях налево, промолчит? — ухмылка у младшего Борского была отвратительная.

Ну, и сразу стало ясно, что доступ к деньгам дать ему придётся. Правда, оставалась надежда, что вместе с Мариной они все же потянут управление Холдингом, ведь после очередной беседы с покровителем стало очевидно: отсидеть лет пять придётся.

Потом посыпалось: смерть тестя, болезнь тёщи, да и моя матушка как-то внезапно сильно сдала. Одно к одному и все — «в минус». Не говоря уже о тех делах, которые я вынужден был проворачивать для Самого, даже оказавшись за решеткой.

Приятного мало, но выбора не было совсем.

А потом, как награда с барского плеча, явилась она.

Оксана.

Да, может, внешне девка и была хороша, но внутри оказалась натуральная пустышка. Так, дешёвое, одноразовое развлечение. Но указание было чёткое, и отказать шефу возможности не имелось. Не в этот раз.

А потом у нас как-то с ней всё завертелось, покатилось, и вдруг я с удивлением узнал, что снова стал отцом.

С одной стороны, это был шок.

Да и с другой — это был шок.

— Элина Витальевна — дама с пониманием. Думаю, ты сможешь убедить супругу, что этот ребёнок никакой угрозы для законных наследников не представляет, — усмехнулся Сам, поздравляя меня с рождением сына.

— Ваши бы слова, да жене моей в уши, — хмыкнул, с трудом веря, что подобный сюрприз оставит Элину равнодушной.

Чего я не ожидал, так это категорического требования развода.

Что за глупость? Как можно? Ведь мы же столько лет вместе, а сколько бурь пережито? Ну и у нас же двое детей, отличный дом, люксовые машины…

Я никогда и ни в чем ей не отказывал.

— Развод, Ермаков, и точка! — Элина и в гневе была прекрасна.

Может, с Оксаной в постели и не существовало никаких запретов, любое желание, малейший намек — все тут же организовывалось по первому требованию, но она, конечно, ни в какое сравнение с женой моей ни шла.