Книга (не) Суррогатная мама, страница 88 – Злата Тур

— Медвежонок, я знаю, мужчины не любят быть больными и немощными. И я не хочу тебя расстраивать. К тому же Аннета пригласила меня помочь с выставкой и провести аукцион. А если я заболею, это сделать будет просто некому. Я визитная карточка мероприятия.

— Конечно, поезжай. Сотрудники клиники, которая обслуживает нашу компанию, окажут необходимую помощь.

Она была права. Зачем рисковать здоровьем и мероприятием, если никак не можешь повлиять на выздоровление.

А с другой стороны, хотелось чувствовать заботу близкого человека. Ведь именно такие моменты и лежат в основе семьи. Именно, семьи, а не брака, не выгодного союза. Забота — это одно из проявлений любви. Причем, одно из основных.

Медсестричка, конечно, сделает укол, подаст воды, запить пригоршню таблеток, но не будет обеспечивать то обильное питье, которое рекомендуют. Да и бутер какой-нибудь сооружать в ее должностные обязанности не входит. А если она решит расширить список услуг, то будет рассчитывать на большее, чем спасибо и денежка в карман халатика. А мне это неинтересно. И вот самое паршивое. Алик, над которым я снисходительно посмеивался, получил если не любовь, то огромную порцию заботы моей любимой девочки.

Я таращился в темное, утыканное миллиардами сияющих звезд, небо и вспоминал каждую из наших с Малинкой ночей. Жарких, наполненных страстью и безоблачным счастьем. Все у нас будет! Раздался звонок. Димон.

— Босс, вам дословно или в общих чертах?

— В общих чертах.

— «Уважаемая Алина… бла-бла. Сообщаем, что ваша заявка на кредит одобрена. Бла-бла… Альфа-банк.»

— Спасибо, юноша. В качестве благодарности предлагаю задуматься о будущем и бросить свой детсад. Зарплата с пятью нулями и будут зависеть от твоей прыти.

— Вы что, барин, предлагаете променять свободу на презренный металл?

— Ну не такой он и презренный… Во-первых, на первое время служебная квартира, во-вторых, хорошие подъемные. И к тому же мне нужен постоянный консультант. Ты же Мишку хорошо знаешь. Расскажешь, чем интересуется, чего хочет…

— Обещаю подумать. А Мишка о море мечтает. Они ни разу нигде не отдыхали. Если чо.

— Ты просто клад.

— Клад или ископаемое? — хохотнул он и отключился, избавив меня от необходимости зайти на второй круг благодарности.

Точно. Как только вытащу Малинку из долговой ямы, заберу сюда. А потом отвезу их на море. В лучший отель.

Я представлял, как буду учить сына плавать. Научу нырять с моих плеч. Катамараны, бананы, пиратские корабли — все, что есть, будем пробовать, пока не надоест. А еще, когда Мишка нарезвится, сдадим его аниматорам, и я пойду купать свою девочку. Возьму ее на руки, занесу в воду подальше от людей и зацелую. Буду плавиться от блаженства, видя, как она смущается от моих настойчивых ласк. Ведь я не просто буду держать ее на руках!

Осталось дождаться утра.

Кое-как мне удалось заснуть на пару часов. И то, наверно, потому, что меня убаюкало мирное сопение Бонда. В шесть часов я рванул из Москвы и уже к обеду вернулся обратно. Кредит Малинки погашен, и я надеюсь, что этот факт убедит ее в том, что я хочу быть с ней. Или хотя бы растопит ледяной панцирь, который она нацепила.

Мне было интересно, как же она отреагирует. Но ждать пришлось опять до вечера. Видать, на работе не поощряются разговоры.