Книга Не могу (не) любить, страница 134 – Мария Свами

— Не переживай, дорогой, со мной всё хорошо, — тихо сказала Александра и посмотрела на него сияющими глазами. — С нами всё хорошо, — добавила она шёпотом и положила руку на свой пока ещё плоский живот.

Сергей отстранился и поглядел на девушку внимательно, пытаясь уловить её настроение. Он непонимающе опустил взгляд на её руку, спокойно лежавшую на животе, затем снова заглянул в глаза — и вдруг всё понял. Дрожь прошла, на смену ей пришло ошеломление, а потом — безграничная радость.

Он медленно опустился на колени, прижался лбом к Сашиному животу и прошептал:

— Я люблю тебя, милая… — Голос его дрогнул. — Сколько?

— Десять недель, — ответила Саша, ласково проводя рукой по его волосам.

Орлов обнял девушку за талию и тихо заплакал — не стыдясь слёз, не пытаясь их скрыть. В этот момент он отчётливо осознал, что стал самым счастливым человеком на свете. Рядом с ним была женщина, которую он любил, а внутри неё зарождалась новая жизнь — их ребёнок. Всё остальное вдруг стало неважным.

— Мы будем самой счастливой семьёй, — прошептал он, поднимаясь и снова заключая Сашу в объятия. — Обещаю.

Шесть месяцев спустя.

— Саш, ну может, ты всё-таки хочешь узнать, кто у вас родится? — ещё раз спросила Катька Манукян, делавшая Александре УЗИ. Она слегка наклонилась к экрану, водя датчиком по животу Саши, и улыбнулась.

— Кать, ну мы с Серёжей решили, что пусть это будет сюрприз, — мягко ответила Александра. — Я же тебе уже столько раз это говорила.

— А как же всякие там гендер-пати? Это так модно сейчас! Представляешь: шарики, торт, все в голубом или розовом… — Катерина мечтательно закатила глаза. — Будет такой красивый момент, когда все узнают!

— Фу, Кать, ну что за ерунда, — Саша слегка поморщилась. — Нам главное, чтобы ребёнок был здоров, и всё. Остальное — лишнее.

Катерина уже полгода выспрашивала Сашу Орлову, не хочет ли она узнать, кто у них родится, но Алекс была непреклонна. Ничего, кроме состояния здоровья ребёнка, она не хотела слышать — и муж в этом её полностью поддерживал. Они были так счастливы, что им было абсолютно не важно, кто у них будет: сын или дочь.

Александра посмотрела на экран УЗИ — там, в голубоватой дымке, виднелся силуэт малыша. Она невольно улыбнулась и тихонько погладила живот.

— Видишь? Он там, живой, шевелится… Что ещё нам нужно? — тихо сказала она.

— Ну что ж, Саня, больше времени узнать у тебя не будет, — как-то странно сказала Манукян, не отрывая взгляда от экрана. Её голос вдруг стал серьёзнее, а пальцы чуть замедлили движения датчика.

— Катя, ты что-то от меня скрываешь? — забеспокоилась Александра. Она приподнялась на локтях, пытаясь разглядеть, что именно видит врач. — Что-то не так?

— Нет-нет, всё хорошо, — поспешно ответила Катерина, но её взгляд всё ещё оставался сосредоточенным. — Просто… я не скажу.

— Катя! — Саша села прямо, в её голосе прозвучала тревога. — Если что-то не так, я должна знать. Пожалуйста, не молчи.

Манукян вздохнула, отложила датчик и повернулась к подруге. На её лице появилась широкая, почти заговорщическая улыбка.

— Ладно, сдаюсь, — сказала она, понизив голос. — Но ты обещала не злиться.

— Обещаю. Говори!

* * *

— Василий Васильевич, я же просил найти на время нового переводчика! — кричал Орлов, вскакивая из-за стола. Его голос дрожал от напряжения. — Моей жене скоро рожать. Она и так слишком много работает! Ничего не хочу знать. Я не разрешаю. Ищите кого-нибудь другого.