Книга До встречи в Дубае, страница 21 – Виктория Короткова

Ясмина впервые за час улыбнулась и предложила подвезти до отеля. Я, конечно, согласилась. В машине нам было весело: мы громко слушали музыку, пели знакомые слова и много разговаривали. Но в отеле меня отбросило в уныние. Рядом с такой красивой и жизнерадостной девушкой, я взглянула на свою жизнь под другим углом.

Взять хотя бы семейные отпуска. Мы каждое лето ездили к морю, но только сейчас пришло осознание, что делалось это больше ради дочки и здоровья. На самом деле я никогда не получала удовольствия от шума волн, шуршания камней под водой, от лунных дорожек или солнечных ванн. Есть такое понятие «надо», и я ему следовала.

В какой момент моя жизнь стала одним сплошным днем сурка? И пусть я на самом деле любила родных, но все остальные действия были обусловлено практичностью и необходимостью. Жизнь потеряла шарм неожиданных новостей и спонтанных решений. Более того, каждый шаг зависел от обстоятельств других членов семьи. Работа, конференции, командировки, школа, кружки, отчетные концерты, открытые уроки, родительские собрания… И даже ради праздника нельзя было ничего пропускать. Из-за легкого недомогания или жуткой погоды нельзя было остаться дома. Из-за нежелания или отсутствия сил нельзя было бросать начатое дело на середине, и уж точно не в его начале.

Сейчас со стороны это походило на антиутопию: рамки созданы и обговорены всей семьей, но они все же были рамками, ограничивающими свободу мысли. Поэтому дочка никогда не хотела того, что ей было не нужно, не смотрела нежелательный контент, не интересовалась вне школьной программы…

Мне стало так стыдно за повторяющийся неправильный выбор в пользу комфорта и отшельничества. Мы не жили семьей, а как послушные обитатели романа «Мы» следовали общепринятым правилам, даже не представляя, что была жизнь за искусственно созданными ограничениями. Шаг в сторону считался попыткой побега, а прыжок — попыткой улететь. И мне было совсем не смешно.

Следующей реакцией должны были стать самообвинения и самобичевания. Но я стояла на балконе, купол светился фиолетовым, играла легкая музыка, и мысли принесли другое решение, маленькие шажки, которые помогли бы постепенно выровнять наш семейный лайнер на нужный курс. Например, я смогла бы выкраивать время на знакомство с местностью в командировках и привозить не самые очевидные сувениры, а нечто, наполненное национальным колоритом. И рассказывать об этом родным, чтобы делиться с ними новыми эмоциями, привносить в нашу жизнь яркие краски.

Сколько радостных мурашек побежало по телу, когда я поняла, что уже встала на этот путь. Я уже менялась, уже напитывалась чужой культурой, чтобы потом излить ее длинным рассказом по возвращении домой. Люди, которых я встречала, вдохновляли меня на внутреннюю революцию, и я готовилась к борьбе за собственное счастье. Однако город имел на меня совсем другие виды.

1-й год. Глава 3. Часть 2.

Следующим утром я проснулась не от будильника, а от тяжелой духоты. Мне снилось, что я задыхаюсь, и от страха резко вынырнула из сна. Подушка и одеяло были влажными, а тело — липким от пота. Потом я ощутила мерные удары по голове и, вспомнив рассказы о японских пытках, тут же вскочила. Немного проснувшись, я вытянула руку, чтобы поймать каплю и проследить, откуда она стекает. Над местом, где сейчас лежала моя подушка, собирался конденсат. Именно он терроризировал меня все утро, но не он был причиной духоты.