Книга Развод. У него была другая жизнь, страница 45 – Лея Вестова

— Я верю тебе, — сказал я, целуя Ирину в макушку. — И ничто не рассорит нас, обещаю.

Она подняла ко мне лицо, лучезарно улыбаясь сквозь слёзы:

— Правда? Ты правда мне веришь?

— Конечно, — улыбнулся в ответ, обняв ее, я почувствовал округлившийся живот, где рос наш сын.

Выходные пролетели в хлопотах — подготовка к новой работе, составление финансового плана на ближайший месяц, решение текущих домашних вопросов. Я старалась не думать о возможных угрозах со стороны Ирины, о предстоящем суде, обо всех тех неприятностях, которые могли поджидать нас на пути. Сосредоточилась на конкретных задачах, на том, что могла контролировать.

В понедельник я начала работу в новой должности. Было странно возвращаться в офис после долгого периода удалённой работы. Но я быстро влилась в процесс.

— Рад видеть вас в команде, Ольга, — сказал Виктор Павлович, встретив меня в коридоре. — Уверен, ваш опыт будет неоценим, даже на этой позиции.

Я благодарно кивнула, оценив его такт. Он легко мог бы напомнить о том, что это понижение, что раньше я была на более ответственной должности. Но вместо этого подчеркнул мою ценность для компании.

Рабочий день пролетел незаметно. Я с удивлением обнаружила, что соскучилась по офисной рутине, по командной работе, по живому общению с коллегами. После месяцев полуизоляции, когда основным фокусом была мамина болезнь, а затем кризис в личной жизни, возвращение к профессиональной деятельности казалось глотком свежего воздуха.

В обеденный перерыв я позвонила домой, проверить, как мама. Она звучала бодро, рассказывала о книге, которую читала, о передаче, которую посмотрела. Никаких проблем, никаких сложностей. И всё же я периодически повторяла звонки в течение дня, не в силах избавиться от тревоги.

Вечером, вернувшись домой, я обнаружила, что мама приготовила ужин. Несложный, конечно — просто картофельное пюре и запечённые овощи. Но сам факт, что она смогла справиться самостоятельно, радовал.

— Как первый день? — спросила она, раскладывая еду по тарелкам.

— Лучше, чем я ожидала, — честно ответила я. — Немного непривычно, но команда хорошая, проект интересный.

— А зарплата? — практично уточнила мама. — Когда первая выплата?

— В конце месяца, — я вздохнула, прикидывая расходы. — Плюс Андрей обещал перевести деньги на этой неделе. Должны продержаться.

Мама кивнула, явно проводя в уме те же расчёты.

— А что с квартирой? — спросила она. — Илья что-то говорил о новых движениях по делу?

Я покачала головой:

— Пока всё по-прежнему. Ждём назначения даты заседания. Рассматривается моё ходатайство о временных алиментах. Процесс идёт, но медленно.

Вернулась Катя из школы, оживлённая, с блеском в глазах:

— Мам, бабуль, угадайте, что? Я провела первое занятие с малышами! Они такие забавные, так серьёзно повторяют за мной английские слова. И Анна Сергеевна сказала, что я прирождённый педагог!

Я улыбнулась, глядя на её энтузиазм. Может быть, в этой ситуации было и что-то хорошее? Возможность для Кати раскрыть свои таланты, попробовать что-то новое, почувствовать уверенность в своих силах?

— Расскажи подробнее, — попросила я, садясь за стол. — Что вы делали? Как дети реагировали?

Ужин прошёл в оживлённой беседе. Катя делилась впечатлениями от своего первого педагогического опыта, я рассказывала о новой работе, мама вставляла едкие комментарии о своих любимых телеведущих. Обычный семейный вечер. Почти как раньше, до всего этого кошмара. Только без Андрея.