Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 43 – Лея Вестова

— Спасибо, — задыхаясь от благодарности, проговорила я, чувствуя, как поддержка подруги наполняет меня уверенностью и силой.

Ирина стала моим спасательным кругом в бушующем море неопределенности. Мы не виделись несколько лет — после моей свадьбы наши пути разошлись, как это часто бывает, когда жизненные траектории движутся в разных направлениях. Она осталась верна своей мечте, открыла собственную студию, жила одна в маленькой квартире, заполненной книгами, эскизами и кактусами, которые, казалось, были единственными живыми существами, согласными терпеть ее круглосуточную работу.

Когда я позвонила ей, впервые за годы, руки дрожали так сильно, что пришлось дважды набирать номер, потому что пальцы не попадали по клавишам.

— Ира, это Алиса, — сказала я, чувствуя себя подростком, звонящим старому другу после глупой ссоры. — Мне нужна помощь.

Она не задавала лишних вопросов, не требовала объяснений, просто сказала: «Приезжай» — и назвала адрес своей студии. Когда я вошла, она окинула меня долгим взглядом — с головы до пят, отмечая дорогое пальто, идеальную укладку, маникюр и что-то еще, что, видимо, сказало ей больше о моей ситуации, чем любые слова.

— Так вот что делает с людьми богатый брак, — хмыкнула она, разливая вино по бокалам. — Выглядишь прекрасно и ужасно одновременно. Рассказывай.

И я рассказала — все — от начала до конца, от первых признаков отчуждения до последней угрозы Олега. Она слушала молча, только брови иногда взлетали вверх, да пальцы крепче сжимали бокал, когда история становилась особенно мрачной.

— Мне нужно место, куда он не сможет нас найти в первое время, — закончила я, чувствуя странное облегчение оттого, что наконец-то произнесла вслух все, что копилось годами.

— Я сниму для вас квартиру, — сказала она без колебаний. — На мое имя. Двушка на окраине, ничего особенного, но чистая и безопасная. Я уже смотрела варианты для офиса, но сейчас она тебе нужнее…

Ее маленькая квартира на окраине города, с видом на промзону и железную дорогу, должна была стать нашим с Сашей первым убежищем. Когда она показала мне фотографии — обшарпанные стены, старая мебель, кухня размером с кладовку — я чуть не расплакалась от благодарности. После мраморных полов и итальянской мебели это место должно было казаться шагом вниз, но для меня оно было первым шагом к свободе.

— Олег никогда не узнает об этом месте, — сказала она, вручая мне ключи. — Я сняла ее на свое имя специально для вас. Первые три месяца оплачены, а дальше разберемся.

Самым сложным во всей этой шпионской операции было скрыть все эти приготовления от Олега, чье внимание к деталям всегда было феноменальным. После нашего последнего разговора, который закончился почти открытыми угрозами, он неожиданно изменил тактику, словно прочитав какое-то руководство по спасению брака на грани развода. Стал внимательным, почти заботливым, как в первые годы нашего знакомства. Приходил домой раньше, с букетами моих любимых пионов (которые я не покупала годами, потому что считала слишком дорогими для будничного украшения дома). Проводил время с Сашей, читая ему перед сном и помогая с конструктором, хотя раньше едва находил полчаса в неделю, чтобы поинтересоваться успехами сына. Дарил мне цветы и украшения — изящный браслет с бриллиантами, который я приняла с улыбкой и спрятала в дальний угол шкатулки, не в силах носить его, зная его истинное значение. Однажды он даже предложил поехать всем вместе на выходные за город, в тот спа-отель, где мы провели наш медовый месяц.