Книга Отпуск с бывшим мужем, страница 104 – Диана Рымарь

Народу много — загорелые красотки в обтягивающих лосинах, накачанные парни, которые кряхтят под весом железа.

Внезапно где-то сбоку мелькает тень. Мелкая такая, на обычных посетителей клуба непохожая.

Останавливаю ходьбу, нажимаю кнопку паузы на дорожке и оглядываюсь.

Вдруг вижу неподалеку знакомую фигурку — Вовку. Мальчик выглядит растерянно, крутит головой, что-то высматривает.

Надо сказать, вопреки ожиданиям Макара, его бывшая жена сделала все, чтобы Вовка прекратил мелькать в его жизни. Отменила тренировки в спортзале, запретила встречи по выходным, сменила мальчику телефон. В общем, постаралась напакостить от всей души, как настоящая стерва.

Как только до нее дошло, что ни с помощью Вовки, ни какими-либо другими ухищрениями ей не удастся вернуть Макара, она резко обрубила все контакты. А потом и вовсе нашла себе какого-то богатого любовника из Москвы и стала окучивать его. Опять же частично с помощью сына, используя ребенка как приманку для «серьезных отношений».

Тем удивительнее Вовкино сегодняшнее появление в клубе.

Слезаю с дорожки, вытираю лицо полотенцем и подхожу к нему.

— Привет, дружок. Ты как здесь очутился?

Вовка вздрагивает, поворачивается ко мне. Лицо у него грустное, глаза покрасневшие — видно, плакал недавно.

— Я это... А папа Макар тут? — спрашивает тихо, заглядывая мне в глаза с надеждой.

Папа Макар... У меня сердце сжимается от этих слов. Как же ребенку не хватает отцовского внимания.

— Конечно, тут. Пойдем, я тебя отведу, — киваю я, беру его за руку.

Она такая теплая, и так доверчиво сжимает мою ладонь, что сердце екает.

Веду его через весь зал к кабинету Макара.

Стучу в дверь, слышу знакомый голос:

— Войдите.

— Макар, к тебе гости... - говорю, заглядывая в кабинет.

Он поднимает голову от компьютера, видит нас и лицо его сразу меняется — от удивления к радости, а потом к тревоге.

— Привет, — тихо говорит Вовка, переминаясь с ноги на ногу.

— Вовка! — Макар встает из-за стола, подходит к нам. — Ты как тут, пацан? Клуб же далеко от дома... Ты что, пешком пришел? Сам?

В голосе слышится беспокойство. Он осматривает мальчика с головы до ног, проверяя, не случилось ли чего.

— Мне вообще-то скоро десять лет, самостоятельный, — гордо заявляет Вовка, выпрямляя плечи.

А потом он задает вопрос, который вгоняет нас с Макаром в ступор:

— Раз вы с мамой развелись, ты больше не будешь моим папой, да? — Голос дрожит, глаза снова на мокром месте. — Новый мне не нравится. Он не хочет, чтобы я с ними жил. Он увез маму в Москву, а я остался с бабушкой... А ей вообще пофиг на все! Она даже мой ДР не хочет отмечать, говорит, денег нет, а я друзей позвать хотел...

Последние слова он произносит уже всхлипывая, вытирая нос рукавом куртки.

Вот тебе и взрослый.

Я стою, слушаю и не могу поверить своим ушам. Не понимаю, как так можно поступить с собственным ребенком. Сменить родного сына на нового хахаля, бросить его на произвол судьбы с равнодушной бабкой.

Не знаю, что ему сказать, да он и не моих слов ждет. Смотрит на Макара затравленными глазами, ожидает приговора.

Макар молчит несколько секунд, и я вижу, как у него напрягается лицо. Потом он приседает на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с мальчиком.

— Вовка, послушай меня внимательно, — говорит он серьезно, глядя ребенку прямо в глаза. — Я всегда буду рядом, никуда не денусь. Развод с мамой ничего не меняет для меня и тебя. Если я буду тебе нужен, ты всегда сможешь ко мне обратиться, понял?