Книга Ищу фиктивного мужа! Срочно, страница 81 – Ники Сью

— Дима, ты чего? — с улыбкой пищит моя Надюша. — Я и сама могу дойти.

— Можешь, но зачем, если у тебя есть я?

Подмигиваю ей и уношу в наш глэмпинговый домик. Ночька обещает быть жаркой.

Я несу Надю на руках, а она смущенно улыбается и льнет ко мне, словно родная. А я… в диком восторге от того, что она теперь моя. По всем пунктам, а не только для знакомых.

Несу ее, поглядываю, а сам думаю: “Черт, Дима, ты влип.” В тридцать пять лет, после кучи баб, которые мелькали и растворялись, как дым, вот так вот взять и поплыть по этой красотке. Кто сказал еще месяц назад, я бы не поверил. У меня так-то и крышу никогда не сносило от женщин. Да, возбуждался, но не чтобы мозг в отключку. Такое со мной в новинку.

Да и Надя, она такая… вся упругая, мягонькая, сладенькая. Бери и трахай. Ну а как иначе? Только что в бассейне оторвались, вода плескалась, а она стонала так, что я чуть не утонул от кайфа. И вот, казалось бы, все, получил свое, должен отпустить, как обычно. Но нет, блин, хочется еще. Что за магия такая? Не пойму.

Занес ее в домик, как настоящую королеву, на ручках, тут уже камин потрескивает, а Надя, зараза, смотрит на меня так, будто я сейчас весь мир для нее переверну. Ставлю ее на пол, она шлепает босиком к душу, а я стою, как дурак, и пялюсь на ее силуэт за матовым стеклом.

Фигура — просто отвал башки. Все округлое, плавное, как у богини какой-то. Хочу схватить, прижать, зацеловать до одури.

Вызывайте санитаров.

— Дим, тут полотенца нет, можешь дать? — кричит она из душа, и я слышу, как вода льется, а голос ее, будто с придыханием, так и манит.

— Да, сейчас, — в ступоре каком-то хватаю полотенце с комода и подхожу к дверям. Топчусь секунду-другую, затем дергаю ручку, но тут и Надя сама выглядывает. В нос ударяет аромат геля для душа с чем-то ванильным, взгляд цепляется к губам-вишенкам моей ненаглядной. Я так залипаю на нее, что отключаюсь.

— Дим, все нормально? Ты жив? — хихикнув, спрашивает она.

— Живее всех живых, — хмыкаю я, отмерев, и двигаюсь к кухне. — Тут ужин нам накрыли.

— Отлично, я как раз проголодалась.

Быстро переодеваюсь в сухое и возвращаюсь на кухню в ожидании.

Персонал гостиницы расстарался, конечно: на столе поднос с жареной форелью, картошкой с травами и бутылкой красного. Будто у нас брачная ночь, а не обычные посиделки. За такое не грех и денег отвалить. Прямо душа радуется.

Надя выходит из душа, завернутая в полотенце, волосы мокрые, щеки розовые. Смотрит на меня, чуть прикусив губу, и я, блин, чуть не роняю тарелку. Хочу ее. Снова. Может, даже пару раз. Твою ж мать… Вот это меня колошматит не по-детски.

Нет, Донской, давай-ка придержи себя в руках. Еще успеется.

Садимся за стол, Надя в этом своем полотенце, будто специально меня подначивает. Тянется за бокалом, а я не могу отвести взгляда от ее шеи, от капелек воды, которые еще блестят на коже.

Убийца моей нервной системы — вот кто она.

— Слушай, так вкусно, Дима. Ты давай тоже, я тебе сейчас положу.

И давай за мной ухаживать, словно за мальчишкой. Ну а я… мне тупо приятно, поэтому позволяю, хотя о еде вообще не думаю.

В итоге с ужином расправляемся вяло, больше болтаем о том, о сем, шутим, предаемся воспоминаниям разным. В какой-то момент понимаю, что говорит в основном Надюша, я же молча слушаю. Ну как слушаю, думаю скорее только о том, как Надя ахуенно пахнет — смесь шампуня и ее собственной, чертовски манящей сладости.