Книга По ту сторону экрана, страница 72 – Мафэй Цзян

«Мама, смотри, я считаю так же, как и ты. Мама, я такой же, как и ты. Ты абсолютно права. Пожалуйста, прими меня».

Вот в чем был корень презрения Цзян Хао к отношениям. Прямо сейчас, когда Цзян Хао был в ступоре, борясь с внутренним сопротивлением, Вэй Янь убедилась в этом.

— Это другое… – сказал Цзян Хао в бессилии.

— Нет, это то же самое, – возразила с нажимом Вэй Янь. – «Ху Фэн» и «Цзян Шэн» любили друг друга так же, как любят другие люди. Единственная разница в том, что они не виделись. Думаю, тебе казалось, что это «другое» как раз из-за расстояния и недосягаемости, но ведь чувства все равно были.

Цзян Хао не давал ответ.

— Цзян Хао, – перевернувшись со спины на бок в его сторону, продолжила Вэй Янь. – Я говорю это не потому, что хочу клеиться к тебе. Нет. Я просто вижу, что против отношений не ты, а твоя мама. Ты не считаешь так, как она.

— Да, я не считал наши отношения чем-то ужасным. Я вообще о таком не думал! – выпалил Цзян Хао и накрылся одеялом до самой макушки.

— Вот видишь. Я рада, что ты это признал. – Вэй Янь улыбнулась и получила угрюмое «Отвянь». – Отношения – это не всегда плохо. Они приносят и радость, и умиротворение. Думаю, ты сам это понял. Они не всегда равны боли. В отношениях многие люди становятся счастливее.

— Спать давай, растрещалась на ночь глядя. Говоришь так, будто влюблена в меня.

— Что? Нет! Мы же друзья, Цзян Хао.

— Спи!

— Ладно. Спокойной ночи, – усмехнулась Вэй Янь. Свою миссию на сегодня она выполнила.

Вэй Янь подоткнула подушку и накрылась как следует одеялом. Больше мучить просветительской деятельностью она не собиралась – это было слишком тяжело для Цзян Хао.

По правде говоря, Вэй Янь иногда казалось, что она лжет. Самой себе и миру вокруг.

Так залипать, с умилением вздыхать, когда видишь улыбку и безмятежное лицо напротив. Так любоваться часами, так ценить душевные разговоры и тянуться стать ближе – как морально, так и физически.

Она смотрела на Цзян Хао и думала: какой же он красивый. И не смысле, что красивый, как его старший брат. Он красив сам по себе. У него очень выразительные глубокие глаза, которые завораживали Вэй Янь еще с самого начала знакомства. Как Цзян Хао вообще мог считать себя уродливым? Жаль, что на его самооценку так сильно повлияли родители.

Чем бы это ни было, Вэй Янь не позволит чувствам выйти наружу – она обещала Цзян Хао. Они останутся друзьями.

Останутся друзьями…

Цзян Хао пригласил Цзян Синфу и Ян Вэй на фотосессию. Он хотел снять «лав стори» и, поскольку делал это впервые, был полон энтузиазма. Брат и его невеста поддержали его пыл, потому охотно согласились.

— Как у тебя дела, А-Хао? – поинтересовался после съемки Цзян Синфу. Сейчас они втроем отправились в кафе отметить удачную фотосессию.

— Замечательно! – с улыбкой ответил Цзян Хао, убирая фотоаппарат.

— От тебя нечасто услышишь слова с положительным подтекстом, – подметила Ян Вэй и тут же получила от Цзян Синфу неодобрительный взгляд.

— Ну что ты такое говоришь, Ян Вэй…

— Прости, Синфу, – она поцеловала возлюбленного в щеку, и тот растаял.

Цзян Хао на эти слова не обиделся, ведь это была правда. Только недавно он осознал, насколько пессимистично раньше смотрел на мир.

— Как дела у родителей? – решил он сменить тему.