Книга Предательство любви 1, страница 36 – Татьяна Каспель

Ксюша обижается, что я не хочу с ней общаться, но в будущем, когда станет взрослой оценит это.

У неё будет всё самое лучшее. Образование, недвижимость, лучший кандидат в мужья и приличное наследство.

В кабинете расслабляюсь за бутылочкой коньяка. Хочу уснуть и представить рядом с собой Елену.

Из сна меня вырывает резкий звонок телефона. Хоть бы это не Виталина, она стала какой-то пиявкой. Хочет рассказать правду о своём сыне, но зачем говорить об этом именно мне.

На экране мобильного вижу незнакомый городской номер. Кому я понадобился ночью.

— Алло. Кто это?

— Доброй ночи. Вас беспокоят из городской больницы, по поводу Осиповой Виталины Андреевны.

— А что с ней случилось?

— Дело в том, что пациентка попала к нам с переломами и внутренним кровотечением. Она попала в аварию вместе с сыном.

— Ник. Это её сын, он жив… Говорите быстрее.

— Да. Молодой человек был за рулем. Сейчас находится в реанимации. Вы сможете подьехать в больницу. Осипова указала вас, как доверенное лицо. Ей необходимо срочно поговорить с вами. Пациентка ненадолго приходила в сознание и просила поговорить с ней. Её состояние ухудшается, до утра она не дотянет.

Отключаюсь. В голове каша от всего услышанного.

Я конечно хотел избавиться от Виталины, но не так же и Ник такой молодой, за что с ним так обходится судьба.

Захожу к дочке в детскую, проверяю спит ли она, и быстрее гоню в больницу.

Три часа ночи, а в приемном покое не души.

На посту дремлет медсестра, а я понятия не имею, как начать разговор.

— Женщина, просыпайтесь. — Стучу по стойке, за которой она сидит. — Мне нужна информация о поступившей сюда пациентке Осиповой.

— Извините, случайно заснула. Как говорите фамилия?

— Осипова Виталина Андреевна. Мне позвонили час назад из вашей больницы.

— Сейчас всё узнаю. — медсестра долго что-то печатает на клавиатуре и вглядывается в экран монитора.

— Долго ещё ждать?

— Итак, Осипова в реанимации в тяжелом состоянии. Её сын Николай, в данный момент находится в операционной.

— Мне нужно увидеть немедленно Осипову.

— Но она без сознания. Чем вы ей поможете.

Выкладываю пятитысячную купюру перед глазами этой медсестры, и вдруг взгляд меняется на добрый.

Тут же хотят угодить, как лучшему клиенту. На кидывают на плечи халат, и на служебном лифте проводят до реанимации.

— Я там предупредила о вас. Позвоните в дверь и вас проводят.

— Спасибо.

Звоню в дверь, ждать приходится недолго. Дверь открывается и оттуда выглядывает высокий парень, медбрат видимо.

— Вы к Осиповой?

— Да.

— Проходите. Поговорить с ней можно, но недолго. Состояние ухудшается.

— Я понял.

— Дальше сами.

Захожу в палату. Вижу на больничной койке женское тело, к которому подключено множество проводов. Виталина лежит, как побитая собака. Ссадины, ушибы, кровоподтеки, живого места на ней нет.

Присаживаюсь на стул рядом с её кроватью, дотрагиваюсь до руки, лишь бы прочувствовать пульс, но он такой слабый и кожа холодная, как будто у мертвеца.

Неожиданно Виталина открывает глаза, медленно моргает. Из глаз начинают идти слезы, дышать ей тяжело, это заметно по её напряжению.

— Вита, не двигайся. Я позову врача, слышишь.

Но она лишь вертит головой, не соглашаясь со мной. Пытается снять маску с лица.

— Тебе нельзя говорить. Ты выздоровеешь и всё будет хорошо. Ник в операционной, я обо всём позабочусь.